Феодор
Князь Трубецкой,
С отцом покойным подлого холопа
Не сравнивай: ты тем его срамишь.
Трубецкой
Не оскорбляйся; только строг же ты:
Болотников был воин знаменитый;
Конечно, Телятевского холоп,
Да Телятевский, Шаховской и я
Товарищем его признали, Федор.
Но ты теперь в печали: я молчу.
Уносят тело Захарьи; входят Заручки и и Заварзии.
Заруцкий
(вполголоса)
Им помогли, проклятым! да узнать,
Велик ли недочет?.. Ты жив, Прокофий?
Не ранен ты? и цел и невредим?
Ну, поздравляю!
(В сторону)
Черт тебя возьми!
Рад, рад душевно! Торопился я...
Да, брат, храпят бездельники с пирушки,
Насилу я, насилу собрал горсть...
Кто выручил тебя?
Прокофий
Мне бог помог,
Заруцкий, и два друга, от которых
Иной бы и не ждал, что мне помогут...
Спасибо! одного ты мне прислал.
Заруцкий
Кого, любезный? Право, не припомню.
Прокофий
Великодушный витязь Салтыков
Стал за меня и об руку со мною
Разил врагов, пока не подоспел
Мой храбрый шурин, благородный Ржевский.
Иван Мартыныч, ложь сплести легко
И честных жен бесчестить клеветою,
Не трудно и письмо перехватить;
Да в пользу ли?.. Где мой гонец?
Заруцкий
Гонец?
И не слыхал я про гонца.
Прокофий
Письмо...
Заруцкий
Попалось мне случайно, видно, кем-то
Обронено; мне принесли, а я, —
Не из ученых я, — к тому ж не ведал,
Что грамотка к тебе... Питаю, брат,
Отличное доверье к Салтыкову,
Так и просил прочесть мне, — вот и все.
Салтыков
Поклон мой за доверье! а скажу,
Чтобы прочесть письмо, к Марине зазвал
Меня тайком полковник Заварзин.
Заварзин
Вольно же думать...
Салтыков
Говорю: тайком.
Замечу, впрочем: грамотей почище
Меня и многих этот Заварзин —
Дьяком когда-то был. А мне пришлось
Письмо прочесть его же атаману.
(Оборачивается к ним спиною.)
Заруцкий
Так точно! и в глаза и за глаза:
Учен, умен, проворен... Здесь ты, братец?
Сердись, пожалуй! — Да, умен, а плут
Мой Заварзин, мошенник, и претопкий:
Вот почему и поверять его
Порой мне должно.
От него отходит и Заварзин; прочие разговаривают между собою; подходит к нему шут.
Ванька
Здравствуй, осетрина!
Заруцкий
Что шут ты, — очевидно; но не так
Мне ясно, почему я осетрина?
Ванька
Не ясно? а покойник-то тебя
Все осетриной величал.
Заруцкий
Какой покойник?
Ванька
Да что говаривал: тот тянет вверх,
Тот вниз, а осетер-то прямо в воду.
Заруцкий
Пострел же твой покойник! Как зовут?
Ванька
Теперь не кличут, не зовут. Бывало ж,
Я Черным звал его, а ваш орел
Захаром, братом.
Заруцкий
(дает ему денег)
На, дурак! за весть
За недурацкую... Убит Захарья, —
По крайней мере, проглотил же ад
Хоть одного из этих Ляпуновых.
(Уходит.)
Трубецкой
(Прокофью)
Боярин-воевода, чем могу
Служить тебе?
Прокофий
Благодарю, боярин.
Покой мне нужен, отдых: должно мне
Собраться с духом, с силою собраться...
Я не дитя; однако брат — все брат.
Трубецкой
Печаль твоя мне свята... До свиданья.
Прокофий
Еще одно, князь Дмитрий Тимофеич:
Пришли, прошу, Аврамия ко мне;
Он другом был Захарье; пусть положит
Захарью в лоно матери земли!
Трубецкой
Прощай; Аврамий будет непременно.
(Уходит со своими.)
Прокофий
Ушли... Ты, Федор, не стыдися слез.
Их не скрывай... Ей-богу! мне завидно:
И я хотел бы плакать, — не могу;
Здесь тяжело, здесь давит, но отрады
Горючих слез мне, верно, не вкусить.
Входит Ржевский.
А! Ржевский! руку! руку! — Без тебя
И я и Ольга так же бы лежали,
Как вот теперь мой бедный брат Захар.
Ржевский
(отдергивая руку)
Позволь, боярин... я исполнил долг
И спас не зятя, а вождя, который
России нужен.