Второй казак
А, дядя Чуп!
Чуп
Где ваши сотники? где голова?
Стоите здесь без дела... Стыд и срам!
Не отставайте, дурни, от своих!
Стрелец
А на кого? — На Ляпунова, что ли?
Чуп
На Ляпунова? Черт тебя возьми!
Когда тебя обидел Ляпунов?
Казак
Он казаков обидел. Казаки...
Чуп
Да! Думали схватить врасплох Прокофья, —
Не тут-то было; глядь: стрельцы в ружье!
Пошла сначала с ними перебранка,
Кричали хлопцы: «Выдайте его!»
Молчат, не выдают. Тут удальцы,
Казачья молодежь, народ горячий,
Не вытерпели, принялись стрелять,
И... закипело! — Что же? — как на грех,
Откуда ни возьмись, вдруг поляки.
Стрелец
Как? Поляки?
Чуп
Им, брат, зевать? Не так ли?
«На поляков, ребята! на врагов! —
Тогда завопил нам же Ляпунов, —
Отложим ссоры; к вам на суд явлюсь.
Вперед! на поляков!» — И бросились
Все мы, обиды позабыв, на ляхов.
Меня завидел, подозвал: «Старик,
Скорее в табор, к князю Трубецкому».
Сказать хотел я что-то: он взглянул,
И я — оторопел я, — вот я здесь.
На поляков же, братцы, в самом деле!
Трубецкой
(верхом)
В ружье, ребята! стройтесь! на врагов!
Войско собирается.
Все
Ура! вперед! На поляков безмозглых!
Сцена 3
Арбат. Сражение. Сходят с коней Ляпунов и Трубецкой.
Прокофий
Враги бегут, не смеют и озреться.
Спасибо, князь Димитрий: этот день
Тебе принадлежит.
Трубецкой
Хвала вождя такого,
Как ты, лестна мне. Только казаки...
Прокофий
И казаки дрались не хуже наших.
Трубецкой
Не спорю; да горазды бунтовать.
Прокофий
Сегодня, брат, за храбрость им прощаю.
Мы помирились.
Трубецкой
А бумага?
Прокофий
Что ж?
Подложная.
Трубецкой
Конечно, без сомненья;
Однако...
Прокофий
Дале?
Трубецкой
С подписью твоей.
Прокофий
А разве князь Димитрий Тимофеич
Не слыхивал, чтоб подпись чью-нибудь
Подделать можно? — впрочем...
Трубецкой
Друг ты мой!
Я уж сказал и повторяю: верю.
Тебе оправдываться предо мной
Не надобно; но казаки...
Прокофий
Заруцкий
Мутит их.
Трубецкой
Ты опять несправедлив.
Иван Мартыныч, право, — добрый малый;
Быть может, он не дальнего ума,
Зато и прям и честен. — У меня
Он был же и с бумагой. Брат, казак!
Невежа! — Не сердись! Сначала он
И верил и не верил... Сам ты знаешь!
Все эти смерды, — если даже им
И повезет, глупцами остаются.
Таков был и Болотников. Заруцкий
Еще тупее. Долго бился я,
Но вот же напоследок он сдался.
Мы вышли вместе: я к своим полкам,
Которые сбежались на тревогу,
Заруцкий к казакам, чтоб их унять;
Да ты, удалый, упредил его:
Мятежников свирепых, разъяренных,
Готовых растерзать тебя, ты вмиг
В воителей послушных претворил.
Сказать, что хват! — одно нехорошо...
Прокофий
Что?
Трубецкой
Слово то: «Иду на суд казачий».
Прокофий
Да и пойду: давно желаю я
Судиться с ними.
Трубецкой
Щекотливо, братец!
Совет мой: лучше слова не сдержи.
Прокофий
Боярин, слово данное мне свято.
Трубецкой
И мне не мене. Все же, Ляпунов,
Есть случай... Но так и быть: не спорю;
По крайней мере, наперед не худо
Их преклонить на сторону свою.
Прокофий
Их преклонить?
Трубецкой
Да; например: сидит
Повеса Просовецкий у тебя.
Так выпусти его, и все, поверь,
Признательны за снисхожденье будут.
Прокофий
Признательны за подлую потачку
Грабителю? — Ты шутишь, Трубецкой!
Нет, Просовецкий пусть сидит, пока
Приказ Разбойный не решит законно
Судьбы его.
Трубецкой
Что делать с ним, упрям,
Погибнуть хочет, — жаль мне, а погибнет!
(Громко)
Прощай, товарищ.
Прокофий
Князь, прощай. Тебе
За помощь я сердечно благодарен.
Трубецкой
Не стоит: не за что.