Поэмы. Драмы

Иван

Ох! не опомнюсь! ох! я весь не свой с испуга!

Зулейка

С испуга?

Иван

Бабушка! я только что от друга
(Он здесь товарищ нам: у дельного купца
Нет никогда друзей и быть не может, кроме
Полезных по торгам). На рынке в новом доме
Живет мой друг, Гассан, у самого дворца;
Я с ним простился; вот иду я мимо замка,
Взглянул я на окно — и что же?

Зулейка
(Зареме)

Слушай, мамка!

Иван

Из этого окна...

Зулейка

Вдруг вылетел дракон?

Иван

Помилуй, бабушка! как можно? Нет, дракона,
Спасибо, не боюсь; ведь знаю из Бюффона,
Он — басня, не бывал на белом свете он,
А я — должна ты знать — не трус: не оробею
От небывальщины! — Нет, ручка из окна,
В перстнях, в запястьях вся, до плеч обнажена,
Явилась... что твой снег? — Ах! продолжать не смею!

Зулейка

Здесь сору из избы не вынесут.

Иван

Алмаз
Сверкал на ручке: свесть с него не мог я глаз;
Вдруг, вдруг — пучок цветов и перстенек бесценный
Мне прямо под ноги! — Замлел я, вздрогнул я...

Зулейка

И их не поднял ты? Ты глуп, душа моя!

Иван

Зачем я не был глуп? — Но, бесом наущенный,
Я поднял их! Потом поступок дерзновенный
Я начал взвешивать; а между тем окно
Захлопнули.

Зулейка

Вот смех!

Иван

Мне, право, не смешно!
Беда! — народу тьма из улицы середней
Навстречу хлынула: я за стеной соседней
Был должен спрятаться, чтоб перстня и цветов
Не увидал в толпе какой-нибудь доносчик...
Уж эти мне цветы! уж перстень!

Зулейка
(вполголоса)

А, каков?

Зарема

Красавец, спору нет; но по душе — разносчик.

(Громко)

Иноплеменник, мне, признаться я должна,
Хотелось бы взглянуть...

Иван

На что? не на цветы ли?

Зулейка

Не бойся ничего: ведь дочка мне она.

(Берет цветы и передает Зареме.)

Надеюсь, мы еще науки не забыли,
В которой были мы горазды в старину...

Зарема

Нисколько; не прочту и первых строк Курана,
А вот когда читать что по цветам начну,
Любого загоню муллу или имана.

(Разбирает цветы.)

И ландыш и лилия:
Вотще все усилия;
Цветущий гераний:
Я жертва страданий;
Нарцисс и левкой:
Ты властвуешь мной;
Две желтые розы:
Горючие слезы;
И мак и тюльпан:
Постыл мне мой сан;
Фиялка ночная:
Умру, воздыхая;
Листок виноградный:
Приди, ненаглядный!
Счастливый юноша! цветы твои-посланье:
Они зовут тебя сегодня на свиданье
С обвороженною, плененною тобой —
Высокой званием и блеском красотой.

Иван

Уф! тяжело! — Булат, — коней, коней скорее!

Булат

Хотел ты завтра?..

Иван

Да; но видишь сам: по шее
Отсюда гонят нас!

Булат

Нас? кто нас гонит, друг?

Иван

Рассказывать теперь, любезный, недосуг.
Здесь женщины в любви без милосердья смелы:
Спасемся, удерем, пока еще мы целы,
Пока не съели нас!

Булат

Все приготовлю вмиг:
Но я, Иван, свой долг, священный долг нарушу,
Когда не выскажу того, что, видишь, душу
Мне давит и тягчит; вовеки не достиг
Ни власти, ни честей, ни славы, ни сокровищ,
Кто пребывал всегда на зов отваги глух
И случаев таких, в которых нужен дух,
Боялся, как чудовищ.

(Уходит.)
Иван

Никак он рассердился?

Зулейка

Да;
Он трусов смерть не любит.

Иван

Он удальством себя когда-нибудь погубит.
Но делать нечего: мне в нем теперь нужда.

(Уходит вслед за Булатом.)
Зарема

Ах! матушка, да твой красавец
Совсем без честолюбья и стыда:
Не согласится! — Уморит мерзавец
Княжну мою.

Зулейка

Не должно вдруг
Отчаяться, мой друг;
Он жаден к золоту, — мы бабы разве даром? —
Сокровища княжны
С таким красноречивым жаром
Мы описать ему должны,
Чтоб в нем слепая сила
Корыстолюбия все страхи заглушила.

Обе уходят.