Иван
Уф! полно!
Андана
Нет! ты человек
Необычайный.
Иван
(про себя)
Так и ввек
Не кончим.
(Громко)
Добрая Андана!
Андана
Властитель!
Иван
Слово молвить дай!
Андана
Слова твои — слова Курана;
Внимать им для Анданы рай.
Иван
Так милость сделай же: внимай!
С тобой поговорим немножко
О бренности, о суете,
Примерно — об алмазах. Те,
Мой друг, которые в окошко
Выбрасывают их, как сор,
Те — полагаю — в заблужденьи.
А впрочем, не вступаю в спор:
В Бухаре, знать, в обыкновеньи
В прохожих перстнями швырять.
Меня же, свет, отец и мать
С ребячества совсем иному
Учили... Не запнусь сказать
Философу хоть бы какому:
Считаю эту суету,
Как все в подлунной, — суетою.
Но берегу.
Андана
Перед тобою
Я каюсь: горе, наготу,
Нужду, болезни братьи нищей
Одеждой, подаяньем, пищей
Не я ли истреблять могла?
Тот, кто богат, посредник бога,
Искоренитель бед и зла;
Но, мимо сира и убога,
Я на льстецов дары лила.
Иван
Вот видишь ли? — Люблю богатство:
В нем вес и польза и приятство;
Скажу, что сверх того алмаз,
Жемчуг и яхонт самый глаз
Какою-то волшебной силой
Привлечь умеют... Друг мой милый!
Вот почему подарок твой
Я принимаю.
Андана
Как я рада!
Возьми ж.
Иван
(разбирая то, что от нее принял)
Брильянт, и пребольшой!
Расхвалена твоя лампада
И в прозе и в стихах, луна!
А ведь не годна, ведь темна:
При ней чиста ли, не чиста ли
Вода в брильянте, я едва ли
Узнаю. — Но и завтра день.
Вот четки, и длины изрядной...
Ххмм! мне молиться же не лень!
Андана, друг мой ненаглядный!
Скажи, когда тебе не в труд:
В них, — в четках, — зерна?
Андана
Изумруд
И яхонт.
Иван
Охо! хо! хо! — вдобавок
Полсотня золотых булавок:
Головки их?
Андана
У всех алмаз,
Да мелкий.
Иван
Уверяю вас,
И с мелких будет нам прибыток.
Посмотрим дале: сорок ниток
Сквозных жемчужин... Я бы мог
Цене их всех подвесть итог,
Но... Серьги, перстни и оправа
Тут не безделка, — сколько их?
Андана
Я не считала.
Иван
Ты не права:
Как не считать вещей таких?
Какая может быть забава
Приятнее? — Позволь же мне!
(Считает.)
Всего, Андана, на все — триста.
Запястье: два в нем аметиста;
Подобных им я и во сне
Не видывал: горят и блещут!
Все жилки с радости трепещут,
Как всмотришься! — Душа моя,
Тебе за суету такую,
Прекрасную, предорогую,
Сердечно благодарен я...
И, друг мой, — это все лежало?
Андана
В моей чалме.
Иван
Да? — по всему
Я вижу, свет, что ты нимало
Не бережлива. — Ведь чалму
Ты уронила?
Андана
Уронила.
Иван
А если из нее в песок
Тут выкатился перстенек?
Андана
Легко быть может.
Иван
(в сторону)
С нами сила
Небесная! Ей — ничего!
Да вдруг ей мненья своего
Не объявлю же.
(Громко)
Что, Андана?
Ты, думаю, сочтешь Ивана
Скупым и жадным?
Андана
Никогда!
О! эти гнусные пороки
Не верх ли срама и стыда?
Их знать тебе ли? Но жестоки
Слова такие.
Иван
(в сторону)
Ла! ла! ла!
Вот фразу снова понесла!
(Громко)
Мне больно, что тебя обидел:
Поверь, царевна, не предвидел,
Что ты...
Андана
Я не сержусь, мой друг.
Иван
(в сторону)
Спасибо! мне же недосуг
Пред вами сыпать извиненья.
(Громко)
Вот дело в чем: малейший знак
Любви твоей и уваженья
Мне очень дорог, дорог так,
Что и сказать не в состояньи...
Андана хочет что-то сказать.
Прошу, не прерывай меня...
Велик ли труд добыть огня?
А с ним при небольшом стараньи,
Особенно, когда вдвоем
Поищем, мы в песке найдем
Еще вещицы кой-какие...
Увидишь! — в степи ли сухие,
В бесплодно-мертвые пески
Такие сеять перстеньки?
Не вырастут!