Хорошо бы отвлечься. Придумать уловку, чтобы дать мозгам отдых, а телу — нормальный сон. Я сделал то, что делал уже много раз: вынул компьютер и, положив его поверх сумки и включив в телефонную розетку, загрузил программу. Войдя в сеть «Роки», я увидел, что почты в ящике нет, да я и не ждал никаких сообщений, просто привычные действия меня успокаивали. Просмотрев новостные рассылки, я обнаружил краткое упоминание о своей статье в ленте Ассошиэйтед Пресс. Завтра статья вызовет взрыв или настоящее землетрясение. Мое имя станет известно редакторам всех газет от Нью-Йорка до Лос-Анджелеса. Надеюсь, так будет.
Выйдя из соединения с сетью, я отключил модемную связь и успел пару раз разложить на экране пасьянс, как вдруг почувствовал новое беспокойство, словно что-то потерял. В поисках источника я заглянул в сумку от ноута, чтобы проверить, на месте ли гостиничные счета, так удачно позаимствованные в Фениксе. Их не оказалось. Перерыв всю сумку, я ничего не обнаружил. Схватив наволочку, вывернул ее содержимое на пол, но внутри лежала только одежда.
— Черт! — сказал я неожиданно громко.
Закрыв глаза, я попытался восстановить в памяти все, что делал с бумагами в самолете. Сперва я с ужасом вспомнил, как сунул их в карман за сиденьем. Потом показалось, что, поговорив с Уорреном, полистал счета, прежде чем совершить остальные звонки. Наконец я отчетливо вспомнил, что положил их в карман компьютерной сумки, едва самолет начал заходить на посадку. Итак, я точно не оставлял бумаги на борту.
Оставалась лишь одна возможность: кто-то вошел в мою комнату и похитил распечатки. Немного походив по комнате, я так и не решился ни на какие действия. Получалось, что придется заявлять о пропаже похищенной мной же чужой собственности. И куда мне с этим обратиться?
В расстроенных чувствах я открыл дверь номера и направился в холл, чтобы поговорить с ночным портье. Тот всматривался в журнал под названием «Высшее общество», на обложке которого красовалось фото обнаженной красотки. Девица искусно прикрылась одними руками, да так удачно, что журнал разрешили продавать с лотка.
— Послушайте, никто не заходил в мой номер?
Дернув плечами, портье отрицательно покачал головой.
— Никто?
— Я видел поблизости только одного человека, вернее даму, и она была вместе с вами. И вас я тоже видел. Все.
Секунду я продолжал смотреть на него, ожидая, не будет ли продолжения. Он молчал.
— Хорошо.
Вернувшись к двери, я решил изучить замочную скважину, нет ли на ней следов отмычки. Понять это оказалось непросто. Царапин около скважины хватало, но они могли возникнуть и многие годы назад. И разумеется, я не отличил бы вскрытый замок от невскрытого, даже если от этого зависела бы моя жизнь. И все равно я таращился на скважину. Кажется, я сходил с ума.
Я подумал было рассказать Рейчел о том, что комнату обыскали, да только возникло то же самое препятствие. Не хотелось, чтобы она узнала о моем проступке. В памяти снова всплыла история, пережитая давно, на спортивной трибуне, и некоторые более поздние сюжеты.
Я лег не раздеваясь.
Постепенно на меня навалился сон, и, почти засыпая, я представил себе, как в комнату входит Торсон и роется в моих вещах. Заснув, я продолжал чувствовать, насколько зол на него.
Глава 37
Очнулся я от грубого стука в дверь. Продрав глаза, увидел, как сквозь занавески пробивается слабый утренний свет. Понятно, солнце уже встало и мне тоже пора подниматься. Надев штаны, я открыл дверь, застегивая пуговицы на рубашке и даже не заглянув в глазок. А вот за дверью оказалась совсем не Рейчел.
— Уже утро, сачок. Проснись и пой, сегодня работаешь со мной. Пора идти.
Я тупо уставился на Торсона. Агент вошел внутрь и пнул ногой дверь, с грохотом ее затворив.
— Эй! Есть здесь кто-нибудь?
— Работать с тобой? Что ты имеешь в виду?
— Только то, что сказано. У твоей девочки есть одно маленькое дело. Агент Бэкус распорядился, чтобы сегодня ты находился при мне.
Должно быть, мое лицо отразило мысль об этой перспективе.
— Меня это тоже не радует, — заметил Торсон. — Однако я поступаю так, как приказано. Если хочешь, оставайся в постели хоть до вечера, меня это не расстроит. Но я доложу...
— Уже одеваюсь. Дай немного времени.
— Пять минут. Жду тебя в машине. Опоздаешь — дело твое. Он ушел, и я посмотрел на часы. Восемь тридцать, не так и поздно, как показалось сначала. Вместо отведенных пяти минут сборы заняли у меня десять.
Сунув голову под холодный душ, я подумал о перспективе провести с Торсоном весь день. Вот хреновина! Потом стал гадать о поручении Бэкуса: куда и зачем услали Рейчел и почему Бэкус не подключил меня к ее заданию?
Выйдя из комнаты, я быстро поднялся к двери Рейчел и постучал. Тишина. Прислушавшись, не услышал ни звука. В комнате ее не было.
Торсон стоял, облокотившись о багажник, и ждал моего появления.
— Опаздываешь.
— Да, извините. А где все же Рейчел?
— Извините, мистер отдыхающий, об этом лучше говорить с Бэкусом. Похоже, он твой гуру или, скорее, рабби.
— Послушай, Торсон, у меня есть имя, понятно? Если не хочешь произносить его вслух — пожалуйста, но избавь меня от иных обращений. Я опоздал потому, что звонил своему редактору с объяснениями, где обещанная статья. И он не обрадовался.