Балкон выходил прямо на «ковбоя Мальборо» и на всю остальную яркую рекламу, вывешенную на бульваре. Мне всегда нравилось смотреть на «ковбоя Мальборо». Заказывать отдельный номер Рейчел не решилась.
Вскоре принесли ужин. Мы почти не разговаривали. Напротив, наслаждались молчаливым взаимопониманием, которое обычно достигается за многие годы совместной жизни.
Потом я долго отдыхал в ванной, краем уха слушая новости Си-эн-эн о перестрелке в магазине «Дата имаджинг». В них я не нашел ничего нового. Больше вопросов, чем ответов. Значительную часть программы занял рассказ о Торсоне, о том, как он пожертвовал собой.
Тут я впервые подумал о Рейчел и о том, что она переживает по этому поводу. Все же погиб ее бывший муж. Человек, возможно, и заслуживший презрение, но который был ей близок когда-то.
Выйдя из ванной, я накинул махровый халат из роскошного комплекта, предложенного отелем. Рейчел лежала на постели и, подперев себя подушками, смотрела телевизор.
— Сейчас начнутся местные новости, — сообщила она.
Я переполз по кровати к ней и поцеловал.
— Ты в порядке?
— Да, а что?
— Ну, не знаю. Что бы ни произошло между тобой и Торсоном, мне очень жаль. Ага?
— Мне тоже.
— Я подумал... Короче, ты хочешь заняться любовью?
— Да-а.
Я выключил телевизор и погасил свет. В какой-то момент я почувствовал, что по щекам текут слезы. В тот раз меня обнимали крепче обычного. Любовь получилась с привкусом грусти. Словно встретились два очень одиноких человека, печальных, но согласных помочь друг другу.
Потом она прижалась к моей спине, и я попытался заснуть, но не смог. Демоны того дня не хотели угомониться.
— Джек, — прошептала она, — почему ты плакал?
Помолчав немного, я пытался подобрать нужные слова.
— Не знаю. Тяжело как-то. Пусть все это время я подсознательно желал получить хотя бы шанс, чтобы... В общем, радуйся, что не сделала того, что пришлось сделать мне. Радуйся.
Сон так и не пришел, даже когда я выпил таблетку, полученную в больнице. Рейчел спросила, что за мысли меня одолевают.
— Гадаю о том, что он сказал перед развязкой. Я ничего не понимаю.
— А что он сказал?
— Что убил Шона, чтобы спасти.
— От чего?
— Чтобы он не стал таким, как он. Этого я не понимаю.
— Возможно, нам не дано понять. Просто прими это как есть. Все кончено.
— Он сказал еще кое-что. В самом конце. Когда закончился штурм. Ты слышала его слова?
— Думаю, да.
— Что это было?
— Он произнес нечто вроде: «Вот как это бывает». И все.
— Что бы это значило?
— Думаю, его привлекала какая-то тайна.
— Смерть.
— Гладден понял, что она приближается. Он нашел ответ: «Вот как это бывает». И просто умер.
Глава 45
Утром мы встретились с Бэкусом. Он ждал в комнате для совещаний, той самой, на семнадцатом этаже правительственного здания. День выдался такой же ясный, и я опять увидел очертания Каталина-Айленд, выступавшие из утреннего тумана над берегом у Моника-Бей. Было восемь тридцать утра, но Бекус сидел без пиджака, и вообще создавалось впечатление, что он находился на месте уже несколько часов.
На столе вокруг него лежали многочисленные бумаги, два раскрытых ноутбука и розовые записки с номерами телефонов. Лицо Бэкуса выглядело усталым и серьезным. Похоже, потеря Торсона оставила на нем неизгладимый след.
— Рейчел, Джек, — произнес он вместо приветствия. Утро не стало добрым, и он не решился произнести обычную формулу. — Как рука?
— Нормально.
С собой мы принесли по стаканчику кофе, но, как я заметил, у Боба кофе не оказалось. Пришлось предложить ему свой. Он отказался, заметив, что уже выпил более чем достаточно.
— Ну, что мы имеем? — спросила Рейчел.
— Вы что, съехали из отеля? Утром я пытался звонить тебе в номер, Рейчел.
— Да, — подтвердила она. — Джеку захотелось немного комфорта. Мы перебрались в «Шато Мармо».
— Более чем комфортабельное место.
— Не беспокойся. Возмещать расходы не придется.
Бэкус кивнул. А то, как он затем посмотрел на нас, навело на мысль, что Боб словно знал, что Рейчел не снимала отдельный номер и расходы не придется возмещать в любом случае. Впрочем, сейчас авансовый отчет выглядел наименьшей из его проблем.
— Все складывается одно к одному, — сказал он. — Еще один случай для будущего изучения, вот что я могу сказать. Эти люди — конечно, если можно называть их людьми — уже перестали меня занимать. Каждый новый представитель и эти истории... словно черные дыры. Никакой крови не хватит, чтобы их насытить.
Рейчел взяла себе стул и села с другой стороны стола, наискосок от Бэкуса. Я пристроился рядом с ней. Мы молчали, зная, что Бэкус захочет продолжить. Дотянувшись до ближайшего компьютера зажатой в руке ручкой, он легонько постучал по его корпусу.
— Это его компьютер, — сказал Бэкус. — Мы взяли его в багажнике автомобиля вчера вечером.
— Машина из проката «Херц»? — спросил я.
— Нет. Он приехал в «Дата имаджинг» на «плимуте» восемьдесят четвертого года, зарегистрированном на Дарлену Кугель, тридцати шести лет, проживавшую в Северном Голливуде. К ней домой мы приехали вчера вечером и, не получив ответа на стук, вошли внутрь. Женщина лежала на кровати с перерезанным горлом. Возможно, убита ножом, которым позже зарезали Гордона. Тело находилось там несколько дней. Судя по всему, убийца жег в квартире ароматизаторы и повсюду лил духи, чтобы избавиться от запаха.