— Откуда вы знаете, что пойдет дождь? — удивилась она.
— Деточка, за сто лет, что я провела здесь, можно научиться еще и не такому, — ухмыльнулось существо. — Я чувствую его запах, он становится все ближе. И если мы не поторопимся, то рискуем потонуть в потоке грязи.
Быстро собрали палатку, изрядно пострадавшую во время ночного происшествия. Там, где раньше находился коврик Алины, теперь зияла дыра с уходящей в глубь земли лестницей.
— Живо спускайтесь! — скомандовало существо.
Едва что-то типа люка захлопнулось над их головами, как раздался сильный гром, сотрясая все вокруг.
Они оказались в кромешной темноте. Насколько успела заметить Алина, лестница уходила глубоко под землю. Проход тесный, пришлось идти друг за другом, нащупывая неровные ступени, хватаясь за влажные и липкие стены. Тормозило движение и то, что приходилось нагибаться, чтобы не касаться головой липкой поверхности.
Несмотря на то, что они удалялись от поверхности земли, гром только усиливался, сотрясения становились все ощутимее.
— Скоро придем, — проскрипело существо, замыкающее шествие. — Там я разожгу огонь.
Наконец преодолели последнюю ступеньку. Дышать стало немного легче, почувствовался приток свежего воздуха. Голова ни во что не упиралась, и можно было выпрямиться во весь рост.
Как ни старалась Алина что-нибудь разглядеть, кругом царила темнота.
— Сейчас… сейчас… еще чуть-чуть, и станет светло.
Вслед за словами загорелся огонь, и по помещению разлился тусклый свет от большого факела, вделанного в стену.
Они находились под огромным куполом, вся поверхность которого была вымазана чем-то черным. В самом центре, в углублении в земле, размещался большой очаг, над которым возвышалась тренога с болтающейся на ней бесформенной емкостью. От очага шло тепло и легкий дымок. Становилось понятно, что затушили его недавно.
Приглядевшись внимательно, Алина заметила, что купол неровный. С одной стороны имелось углубление, почти до верху заваленное ветками. С противоположной стороны — еще одно. В нем стояла большая деревянная лохань, в которую по желобку струйкой стекала вода. Впрочем, струя становилась все толще, по мере нарастания шума сверху.
— Скоро воды наберется много, и вы сможете умыться, — проследив взгляд Алины, пробормотало существо. Оно копошилось возле очага, разжигая его.
Несмотря на убогость убранства, в помещении было сухо и тепло. Плащи на путниках быстро сохли. Накопленная за сутки влага испарялась, как по волшебству.
— Чего застыли как вкопанные? — проскрипел недовольный голос. — Садитесь к очагу. Стелите ваши коврики. Сейчас чай будем пить.
— Как нам вас называть? — спросила Алина, когда все разместились возле ярко пылающего костра.
— Когда-то, давным-давно, меня звали Ада Степановна, — на морщинистом лице, которое оказалось женским, появилась грустная улыбка. — Потом просто баба Ада… А сейчас… сейчас зовут… грязной старухой… Впрочем, я и есть грязная старуха, — усмехнулась она.
В душе Алины шевельнулась жалость к этой оступившейся душе, обреченной на вечные мытарства.
Баба Ада прошлепала грязными босыми ступнями в глубь купола и вернулась с тремя самодельными деревянными чашками, в которые ловко плеснула темной жидкости, не снимая емкости с треноги и рискуя обвариться. По помещению заструился незнакомый, но приятный и терпкий запах.
— Замечательно пахнет! Что это? — поинтересовалась Алина, попробовав обжигающую жидкость.
— Это чай из коры дерева эвкалипта, которое растет далеко отсюда, — хихикнула баба Ада.
— За все время, что мы здесь, нам не встретилось ни одного живого дерева, — удивилась Алина. — Неужели, они все-таки есть?
— А кто сказал, что оно живое? — сурово воззрилась на нее старуха. — Дерево мертво, а вот кора у него живая, целебная. Не смог убить ее проклятый воздух вечности! — она потрясла кулаком, грозя невидимому врагу.
— Воздух вечности? — не поняла Алина.
— Так мы называем то, что находится на поверхности, — пояснила Ада. — Вы, наверное, уже заметили, что жить там невозможно. Вас этот воздух способен просто убить, а нас он превращает в животных — диких, жестоких и безмозглых. Вам повезло, что не встретили ни одного. Да, да, деточка, — увидев округлившиеся от страха глаза Алины, продолжила старуха, — много их бродит по этой земле, тех, кто не успели вовремя схорониться внутри.
— Получается, что жизнь здесь возможна только под землей? — спросил Кирилл, с наслаждением прихлебывая чай.