– Что это был за шум, мамочка? – спросила она.
– Так, окно распахнулось, и ветер сдул что – то со стола, – пыталась она успокоить дочь.
– Как же вам удалось его дотащить? – удивилась Клара.
– Благодаря хорошему помощнику, – шутливо заметил я, специально, чтобы снять напряжение.
Клара улыбнулась, а ее мать шепнула мне на ухо, видимо, желая поднять мне настроение:
– Вы имеете в виду, под помощником, моего мужа?
– К сожалению, мужчину в лиловом плаще, хотя, предпочел бы твой вариант, – парировал я.
Это было невероятно, после случившегося, любой нормальный человек, был бы сам не свой, если не сказать хуже, а мы еще умудрялись шутить друг с другом. Неужели у нас уже начал вырабатываться иммунитет к постоянному стрессу. Возле нас на полу лежали спящие писатель и рыжеволосая Ольга. Их сон был настолько безмятежен, что они, поочередно, чему – то улыбались во сне. Маленькая Клара, устав, прилегла на руку рыжеволосой Ольги и задремала.
– Что теперь? – спросила меня Ольга.
– Надо выбираться отсюда. Где гарантия, что это была единственная ловушка в этом вагоне. В любом случае, рано или поздно, станет известно, что мы живы, и на нас снова начнется охота. Надо скорее перебираться в следующий вагон.
С этими словами, я поднялся и хотел выйти из этого купе. Но, дверь была заперта.
– Это ты закрыла дверь? – спросил я у матери Клары.
– Нет, – удивленно ответила она.
– Значит, это снова проделки мужчины в лиловом плаще, который никак не хочет выпустить нас отсюда!
– Вы уверены, что она заперта? – спросила мать Клары.
Я еще раз попытался открыть дверь, но мне это не удалось.
– Да, – ответил я ей.
– Только, без паники, – сама себе сказала Ольга и закрыла глаза.
В ту же секунду, она исчезла.
– Я здесь, – донесся до меня ее голос с обратной стороны двери, – постараюсь открыть.
– Я сейчас помогу вам, – сказал я и проделал то же самое, что и она, представив, что нахожусь в вагонном коридоре.
Тотчас, я стоял возле нее. Как мы ни пытались открыть дверь, у нас ничего не получалось. Тогда мы решили, тем же путем, вернуться обратно.
– Где вы были? – спросила нас проснувшаяся Клара.
– Мы выходили ненадолго, ты спи, спи, – сказала ей мать.
Клара снова задремала, а мы стали думать, что нам делать. Ясно было одно, что нам надо выбираться отсюда, как можно скорее, но мы не могли оставить здесь писателя и рыжеволосую Ольгу. Взять с собой, мы их, тоже, не могли, так как они крепко спали, и не могли представить себе что – либо, чтобы то осуществилось на самом деле, а, следовательно, им было суждено оставаться здесь, пока они не проснуться. В конце концов, мы решили двигаться дальше втроем. Дав немного отдохнуть Кларе, мы направились дальше, снова выйдя из купе все тем – же необычным способом.
Дойдя до конца вагона, и, убедившись, что в вагоне кроме нас никого нет, мы решили перейти в предпоследний пятый вагон. Правда, перед этим, мы хотели еще раз попытаться разбудить писателя и рыжеволосую Ольгу. Я сказал, чтобы Ольга с Кларой, ждали меня здесь, и, если, что – то пойдет не так, то шли дальше, не дожидаясь меня. Ольга пообещала мне, так и сделать, и я, спокойно, вернулся в купе, зажмурив глаза. Там было все без изменений. Я попытался разбудить писателя, но он, только перевернулся на другой бок. Когда я подошел к рыжеволосой Ольге, то она выглядела очень бледной. Мое сердце дрогнуло, я подумал, что она плохо себя чувствует. Я попытался открыть окно, но оно было заперто. Я пробовал его разбить, но из этой затеи, тоже, ничего не вышло. Ей нужен был свежий воздух. Я невероятно разозлился на себя, за то, что не могу ничего придумать. Потом я взял ее на руки и, крепко прижав к себе, закрыл глаза, и, представил, что нахожусь за этой проклятой дверью. Открыв глаза, я не поверил сам себе. У меня получилось! Я очутился по ту сторону двери, все еще держа на своих руках рыжеволосую Ольгу.