– Да.
– И его все устраивает? – продолжал удивляться я.
– Вы что, шутите? Конечно. А кого бы это не устроило?
Я пожал плечами, боясь ее обидеть резким ответом, но, все же, промолчать я не смог:
– Меня.
– Ну, вас это понятно, – сказала она.
– Почему понятно?
– Да вы у нас исключение из правил, вы вообще человек особенный, про вас и говорить нечего.
– Вы думаете? А мне казалось, что я такой, как все.
– Это вам только кажется, простите за откровенность.
– Ничего, я сам начал этот разговор. И потом, мне интересно, чем же я отличаюсь от остальных.
– Я итак вам наговорила слишком много.
– Отвечай, когда шеф спрашивает! – попытался я изобразить гнев и засмеялся.
Она рассмеялась в ответ и спросила:
– А вы не обидитесь?
– А я когда – нибудь обижался?
Она задумалась, потом, ничего подобного не вспомнив, протянула:
– Не – а- а.
– Тогда говори.
– Ну, ладно. Вы настоящий трудоголик. Кроме работы вы вообще ничем не интересуетесь. Иногда создается такое ощущение, что вы хотите заработать все деньги мира.
Она говорила все это с таким серьезным выражением лица, что я не выдержал и снова рассмеялся.
– И это не смешно, – наконец, сказала она, – а грустно, что такой красивый мужчина все свое время занят работой.
У нее невольно вырвался комплимент, который не мог меня не порадовать.
– Спасибо, – сказал я ей, шутя, – а ты мне все это раньше сказать не могла? Я бы тогда раньше исправился, а то вон, сколько времени потерял.
– Да разве вам скажешь, и потом, когда? У вас, то встречи, то переговоры, мы с вами, так как сейчас, никогда и не разговаривали.
Она снова говорила серьезно, и меня снова пробрал смех.
– Вы все шутите, – махнула она рукой.
– Не сердись, – сказал я ей и скрылся в своем кабинете.
Я сел в свое кресло и снова стал крутить в руке ручку. Я проанализировал слова своей помощницы, потом подумал о предстоящей встрече с рыжеволосой девушкой. Правда, вскоре, мне это занятие надоело. В моей душе ничего не шевелилось при этих мыслях. Куда больше меня волновала завтрашняя встреча с Ольгой. Я сам не понимал, почему это происходит. Ведь я совсем не имел намерения за ней приударить или что – то в этом роде. Просто с ней мне было настолько интересно и, в то же время, просто общаться, что я готов был проводить часы за этим занятием. Не знаю, даже, что именно в ней меня так подкупало. То ли ее аристократические манеры, то ли эта непостижимая сила духа, то ли ее хрупкость и грациозность. Я вспомнил, что и Клара говорила мне, что ее мама занимается бизнесом. Теперь я понимал, что она имела в виду. Получается, Ольга тратит на то, что делаю я, максимум час в день. По крайней мере, так говорила Клара. А зачем ей было мне врать? Так почему же я тогда трачу на это всю свою жизнь, если результат этой работы у нас один и тот же. Значит, правильно говорит мне моя помощница, что я слишком много работаю. Получается, что я сам нахожу себе работу, лишь бы только быть чем – то занятым. Скорее всего, моя помощница права, утверждая, что я мог бы заняться чем – то более интересным для себя, вместо постоянного просиживания штанов в этом кресле. С этими мыслями я вскочил со своего места и вышел вон.
– Меня сегодня не будет, – сказал я своей помощнице, уходя.
– Вы отправляетесь на деловую встречу? – спросила она.
– Нет, – ответил я.
– Нет? – она подняла на меня изумленные глаза.
– Нет, нет, – повторил я, – твои слова на меня так подействовали, что я решил прислушаться к ним и заняться чем – то, как ты там сказала? Более интересным, чем работа.
Я вышел, оставив ее сидеть с открытым ртом. Я сумел произвести на нее просто неизгладимое впечатление своим неожиданным поступком, и мне, надо признать, это доставило удовольствие.
На улице было тепло, хотя солнца не было. День уже почти перешел в вечер, но было по – прежнему светло. У меня еще оставалось немного времени до встречи с рыжеволосой девушкой, чье имя, я до сих пор не удосужился выяснить. Находясь в больнице, я, как и все, называл ее сестричкой. Тогда это было нормально. Чего нельзя сказать о сегодняшнем вечере. Не назову же я, в самом деле, ее так снова и сегодня. Я решил, что прежде, чем встречусь с ней в условленное время, прежде я выясню, как ее зовут. С этой целью, я решил прямо сейчас направиться в больницу, где она работала и обитателем которой, я был совсем недавно.
Я вошел в знакомый мне холл, где снова почувствовал специфический больничный запах. Я хотел, чтобы меня увидело здесь как можно меньше народу, и тем более, мне не хотелось, чтобы меня увидела рыжеволосая девушка, с которой сегодня, буквально через час, у меня было назначено свидание. Я поднялся на второй этаж совершенно никем незамеченный. Там я сразу прошмыгнул в кабинет к Борису Антоновичу, стараясь, чтобы тут тем более меня никто не заметил. У него был персональный просторный кабинет, поэтому, он имел возможность не ютиться в тесной ординаторской, как остальные врачи.