…
Как-то раз меня вызвали наверх, в дирекцию. В кабинете пахло чем-то пронзительно-оптимистичным. Казалось, что это даже не запах, а энергия и что Стив — наш новый менеджер — прыскает ею сразу во все стороны, как дезодорант со сломанной головкой пульверизатора. Когда я села, он улыбнулся мне фирменной улыбкой, очень мальчишеской и очень искусственной одновременно. Видимо, она была здесь чем-то вроде икебаны в нише и демонстрировала противостояние (а может, наоборот — слияние) свободы и дисциплины — истинный профессионализм.
— Итак, Михаль, — он произнес мое имя мягко, словно надкусил зефирину. — Я пока что мало знаю нашу команду и только изучаю профили работников.
Мне казалось, что только чудовищно добросовестный босс станет изучать биографии уборщиков, пусть даже они и доросли до должности ответственного за смену, но я молчала.
— Вы не думали пойти учиться? Курсы администраторов, гостиничное дело?
— Я не могла начать учебу. По семейным обстоятельствам.
Лицо Стива изобразило корректную скорбь: мимолетную, но искреннюю, как грустный смайлик.
— Вы не замужем, так ведь? — Теперь он говорил бодро и небрежно, словно мое одиночество, в отличие от остальных проблем, было временным затруднением, которое переживает каждое развивающееся предприятие.
— Да, я не замужем.
Он клацнул по клавиатуре и повернул ко мне монитор. На экране был открыт незнакомый мне сайт. Брюнетка в брюках и белой рубашке, открывающей ключицы, стояла на фоне здания гостиницы.
— Это Рэйчел, — объяснил Стив, — она мой старый друг. Ее фирма держит в сети портал — база данных включает тысячи отелей по всему миру. В таком деле главное — объективность. Они дают только достоверную информацию. Вначале слушают, как агенты нахваливают товар. Дают им попеть соловьем, а потом сами все проверяют. А знаешь как?
— Как?
— Посылают инспекторов. Человек с чемоданом приезжает в отель и проходит весь путь постояльца, начиная с регистрации и кончая беседой с барменом в гостиничном пабе. Звучит мило, но, поверь, работа нелегкая. Во-первых, человек должен изнутри знать гостиничное дело. Во-вторых, иногда это — несколько поездок в неделю, такое не для семейных. Человек должен быть свободным, молодым и здоровым, но при этом — в том-то и трудность — у него должны быть…
— Старые глаза?
Он рассмеялся:
— Можно и так сказать! Есть такое выражение? Никогда не слышал, но ты явно врубаешься. Знаешь, я люблю читать твои отчеты. Прикроватные коврики кусают за пятки. Йоу… Вначале я подумал, что за долбанный рэп она здесь пишет, но ведь правда, кусают, я проверил, а заменить эти кусачие коврики — пара пустяков. Я переслал несколько твоих отчетов Рейчел. Они постоянно ищут новых людей. Рейчел срочно требует тебя отдать. Ну, так как?
Он чуть отъехал на стуле и закинул руки за голову. До сих пор я видела эту позу только на рекламах мужских рубашек или часов, кажется, она означала успешное завершение сделки. А еще эта поза означала, что Стив больше не мой босс.
…
Мой первый чемодан на колесиках был лимонно-желтым, похожим на огромную мыльницу, но Рейчел, увидев его, потребовала, чтобы я купила другой, не такой броский.
— Яркая деталь, — сказала она, — а инспектор должен быть незаметным и не запоминающимся.
В каждой командировке я делала сотню фотографий и заполняла подробнейшую анкету, которую потом анализировала фирма Рейчел. Сколько времени требуется, чтобы дождаться завтрака в номер, есть ли паутина с обратной стороны картин, снабжены ли ступеньки патио шершавой лентой против скольжения, висит ли в холле экран, показывающий авиарейсы, все это отслеживали мои старые глаза, и за эту работу я получала неплохие деньги.