Я последовала примеру спутника, и проводник провёл пальцем сначала по одному билету, затем по другому. Вернул их нам, и мы с Надаэром вошли в вагон.
Как и в обычных «человеческих» поездах вдоль окон шёл длинный коридор, с одной стороны которого протянулся ряд дверей.
– Способов множество, – продолжил Надаэр, подталкивая меня вперёд. – Люди любят давать им символические названия… «Машины пространства», «Врата»… но есть куда более необычные, некоторыми из которых владеют только представители других рас.
– А есть расы, которые существуют сразу в нескольких мирах, как в кино?
– Нет. Одновременно можно находиться только в одной реальности. Зато есть пространства, обитатели которых вообще не могут покинуть собственный мир. Но… это очень долгий разговор, – Надаэр нажал на панель в стене. Дверь, находившаяся рядом с нами, отъехала в сторону.
– А магия? – спросила я, вспомнив странные знаки, которые он чертил в воздухе у меня дома. – Магия тоже есть?
– То, что вы называете магией – законы физики, отличные от законов физики вашего мира. Некоторые расы умеют ими управлять без использования сторонней техники. Ну… или, иногда, с ней.
Я, впрочем, уже не слышала его ответа, потому что с удивлением разглядывала то место, которое находилось за дверью.
Комната была таких же размеров, как обычное купе, может, немного шире. Между двумя узкими койками располагался маленький столик, на котором стоял чайный сервиз.
Однако обе полки покрывала ткань, расшитая золотом. Над окном висели шторы из плотной ткани с такой же вышивкой. Да и сам сервиз даже на вид выглядел очень изысканным и дорогим.
– Входи, – Надаэр не очень вежливо подтолкнул меня вперёд, – люди ждут.
Я послушно вошла. Выбрала полку справа и опустилась на неё. Надаэр сел на свою.
– Не сомневаюсь, что у тебя тысяча вопросов, – сказал он, стягивая с плеч куртку и оставаясь в одной чёрной футболке. Стащил с волос резинку и позволил им рассыпаться по плечам густой чёрной волной. Эти простые действия почему-то произвели на меня чарующий эффект. Надаэр сразу показался совсем неземным. Я разглядела, что глаза его имели необычный густо синий цвет. Тело было сильным, а лицо очень правильным – не считая носа, длинного и хищного. – Я не смогу рассказать тебе всего за те несколько часов, что мы проведём здесь, – продолжил он.
– Несколько часов?
– Да. Я же говорил – у нас транзитный маршрут.
Я лишь тупо кивнула.
– Там, – он ткнул пальцем в стену возле моей полки, и только теперь я увидела в ней дверь, – душ. Если ты не собираешься туда прямо сейчас, то пойду я.
Я кивнула. Ещё недостаточно пришла в себя, чтобы принимать подобные решения.
– Как только поезд тронется, зайдёт проводник, предложит чай. Возьми и для меня.
– Всё как всегда, – произнесла я. Почему-то эта обыденность поразила меня даже сильней, чем сам факт, что я отправляюсь в другой мир.
– Да. В других мирах тоже пьют и едят.
– И принимают душ.
Не удостоив меня ответом, Надаэр встал и шагнул за дверь.
***
Я отвернулась и уставилась за окно. Перрон медленно прокатывался назад. Необычайно остро я ощутила, что всё, чем я жила до этого дня, остаётся позади.
Вот так сразу.
Ещё утром я проснулась с мыслью о том, что снова, как обычно, ничего не произойдёт. Ещё один серый день в череде из множества таких же дней. Если бы я знала, что больше никогда не увижу свой город и свой дом, возможно, прожила бы его совсем иначе. А может, именно так, как теперь.
Ощущение свободы заставило меня улыбнуться, и такой, с улыбкой на губах, меня застал голос Надаэра.
– Можешь идти, – сказал он. – А потом советую подремать. У нас будет тяжёлая ночь.
Я поймала в стекле контуры его отражения и невольно обернулась. Надаэр был почти обнажён – только белое полотенце обнимало бёдра. Плечи у него были не слишком широкие и тело скорее стройное, чем мощное, но всё же гибкое и сильное. Неожиданное желание провести пальцами по линиям мускулов, проследить след капельки, сбегавшей по животу вниз, оказалось необычайно острым.
Я моргнула, удивляясь собственным мыслям. Вроде бы ничего подозрительного не пила – не ела. До этого момента никогда не заглядывалась на подобных мужчин.
Но Надаэр сейчас выглядел просто красивым, как античная статуя, без каких-либо оговорок, и он притягивал к себе. С удивлением я вспомнила собственные слова о том, что никогда не стала бы доверять такому, как он, и подумала, что несколько часов назад тот выглядел пародией на самого себя. Я видела много таких пародий в нашем мире – небритых, нечистоплотных мужиков, мнивших себя мужественными красавцами из романтических книг.