Как оказалось, нам нужно было налево: правое же колено вело в подвал, где из всех видов развлечений было представлено лишь одно: пулевой тир с мелкокалиберными винтовками. “Но вы ведь не за тем сюда приехали?” Мы безусловно согласились: подобные глупости не входили в сферу наших интересов, являясь обычным времяпрепровождением для подростков и совсем уж молодых ребят. Пока мы не настаивали на главном: наверняка дорога в интересующее нас место была не самой близкой, петляя и запутывая любого постороннего, осмелящегося в одиночку без позволения хозяев проникнуть в святая святых. Проводник не спешил: мы были в его власти, и ему, возможно, просто нравилось ощущение дирижёра судеб и провожатого в близком и дорогом ему мире.
Дверь налево вывела нас в светлый холл весьма вместительных размеров: огромные окна с левой стороны позволяли бросить последний взгляд на окружающий здание мир перед погружением в тайные глубины, скрывавшиеся за переборками впереди и справа. Музыка шла отовсюду: здесь уже ею было проникнуто всё пространство, причём явно дискотечная составляющая накладывалась на минимум два посторонних дополнительных источника – значительно меньшей силы и громкости – создавая какофонию. Вряд ли сотрудникам и гостям приятно было такое положение: о каком отдыхе и развлечении могла идти речь в подобном звуковом болоте, где квакающие и ухающие создания имели явный перевес над существами, издающими ясные гармоничные звуки, еле различимые сквозь разухабистое цветное полотно. Местные жители – надо думать – просто притерпелись к подобному фону и не обращали на него внимания: какое им было до него дело, когда такие бурные события происходили на улицах города, и без того уже заполненного грязью и мутью, среди которых звуковое сопровождение выглядело мелкой деталью, незначительной подробностью серьёзных больших перемен.
Прямо перед нами находился длинный разлапистый стол, переходивший в стойку у стены: несколько массивных шкафов были заполнены сверху донизу папками и канцелярскими принадлежностями, так что обстановка немного напоминала контору с большим количеством бумажной работы, которой должны были заниматься присутствовавшие здесь же клерки. Две девицы и мужчина прилежно работали: девушки сидели за мониторами компьютеров, напряжённо выстукивая что-то тонкими пальчиками, изредка сбивавшимися с постоянного ритма. Мужчина сидел у прохода: при нашем появлении он отложил в сторону изучаемую папку и привстал, ласково улыбнувшись. Нас попросили взять с собой формулярчики и по возможности заполнить. “Я надеюсь, это для вас нетрудно: вы просто поставьте галочки – там, где хотите – а на выходе потом отдадите. Договорились?” Мы молча кивнули, уткнувшись в листочки. “А это зачем?”–”Мы из отдела маркетинга: у нас ведь солидная организация – не какая-нибудь там – так что мы проводим настоящие исследования, ну а потом докладываем руководству: и уж оно – в интересах клиентов, разумеется – координирует дальше всю работу. Так что вот так.”– Он гордо посмотрел на нас, явно сознавая значимость своей деятельности, оказывавшей столь заметное влияние на всё здесь происходящее. Мы наконец вчитались: на листочках были перечислены виды оказываемых услуг с дополнительными наборами характеристик для каждого, и отметить требовалось то, что и привлекло клиента в соответствующий из отделов, принеся в кассу заведения энную сумму и удовлетворив одну из мелких прихотей.
Довольно забавно выглядело это со стороны: значит, руководство публичного дома заботится так основательно о том, чтобы соблюсти необходимую пропорцию между блондинками и брюнетками, не забыв также про шатенок и обеспечив всеми вспомогательными средствами, которые могут потребоваться посетителям? Однако вчитываясь в содержимое, мы не обнаружили намёков на данный вид деятельности: всё перечисленное выглядело достаточно строго и никак не указывало даже на возможность таких нетривиальных занятий. Среди же разновидностей массажа слово “тайский” просто отсутствовало, хотя вполне возможно, что оно пряталось в самом нижнем пункте раздела, скрываясь за понятием “другие”.