И летняя ночь, и дом, и покой,
И читатель, склоненный над книгой.
ЛЮДИ, КОТОРЫЕ СЕЙЧАС ПОГИБАЮТ
© Перевод В. Британишский
Господь и ангелы поют, чтоб мир уснул.
Огромная луна горит над горизонтом,
И стали вновь слышны сверчки в траве. Луна
Вновь разжигает потухшие воспоминанья.
Он лежит в постели, а вечер ночной дует в окно.
Колокола звонят и звонят. Это не сон. Это желанье,
Да, конечно, желанье… неудержимое,
Пробудившее в полночь, приподнявшее на постели,
Приковав его взгляд к подушке, черной, как траур,
В этой трагической комнате… желанье отчаянное,
Как самый сильный инстинкт. Желанье чего?
Он сам не может понять, мучительно думая.
Но жизнь понимает, она выполняет желанье,
Пристально вглядываясь в голову на подушке,
Более яркую, чем лик Христа на платке
Святой Вероники, эту говорящую голову,
Ведающую последние истины, лишенную тела,
С губами, распухшими от мятежных, мучительных криков,
Голову одного из людей, которые сейчас погибают,
Прилегшую на подушке, чтоб здесь отдохнуть
и высказать,
Высказать наконец, слог за слогом, слово за словом,
То, что погибший высказал только делом.
Господь и ангелы, это было желанье того,
Чья голова лежит здесь. Ради этого он погиб.
О демагоги, продажные, платные люди,
Видите мученика, и губы его в крови!
Смерть его — это вера его, хоть смерть — это камень.
Он любил эту землю, он имел, за что умереть.
Ветер ночной веет над спящим, который
Пристально вслушивается в слова, что вещает жизнь.
РИТМЫ ВОЙНЫ
© Перевод В. Британишский
I
Лишь в этот вечер я снова увидел на горизонте
Эту вечернюю звезду, в начале зимы, звезду,
Которая весной воцарится в западной части неба,
Снова… как будто вернулась, как если бы жизнь
вернулась,
Не молодостью сына и дочери, не местностью,
напомнившей молодость,
Но как если бы вечер застал меня вдруг самого,
Молодого, быстро идущего, в моем собственном настоящем.
II
Это было как внезапное время в мире без времени,
Этот мир, это место, эта улица, где я находился
Без времени: ведь то, чего нет, не имеет времени,
Не имеет ничего, кроме «было», кроме немой
неподвижности
Перед лицом этих армий, армий без музыки,
Без барабанов и труб, командиры безмолвны, оружие
Брошено и лежит на земле, полный разгром.
III
Что было делать звезде в этом мире, освещенном его,
В пустых небесах над Англией и над Францией
И над немецкими лагерями? Звезда светилась отдельно,
И все-таки именно это поможет держаться — этот
Отдельный от нашего прошлого и отдельный
От нашего будущего, этот вечно живущий,
Вечно движущийся и дышащий, вечный огонь,
IV
Как настоящее, но завершенное и разрешившееся,
Не символ, но то, что символом обозначается,
Нечто живое в небе, неизменное, несмотря на то что
Небо меняется. Лишь в этот вечер я снова
Увидел ее, в начале зимы, и снова я шел, бежал,
Снова я жил, был, снова свободно вздохнул,
Воспрянул снова и вспыхнул снова, время вспыхнуло
снова.
ДЖОН КРОУ РЭНСОМ
ГОЛУБЫЕ ДЕВУШКИ