Но это было отнюдь не все.
Дальше увидел Слим:
Сидит проповедник, и сразу две
Девицы, обнявшись с ним.
Потом Сатана показал ему
Большой перегонный куб
И груды мертвецки пьяных чертей —
Каждый лежал как труп.
Подводит к пеклу его Сатана,
К огромным адским печам,
Где белые черти черных чертей
Сжигают ко всем чертям.
Бедняга Слим почувствовал пот
На черной коже своей
И подумал, что лучше бы смыться ему
Подальше и поскорей.
— Мне это напомнило наши места, —
К Сатане обратился Слим, —
Я вспомнил Виксбург и Литл-Рок,
Уэйко, Джексон и Рим.
Сатана рассмеялся ему в ответ,
И вдруг ужаснулся Слим:
Был Сатана — и нет Сатаны,
А это шериф перед ним.
Побежал поскорей за крыльями Слим,
Взлетел, приземлился и вот
Приходит опять к святому Петру
И крылья ему отдает.
III
— Ты что-то быстро вернулся, Слим!
Ну что ж, валяй, старина,
Как поживает и чем, скажи,
Развлекается Сатана?
— Видишь ли, Петр, — отвечает Слим, —
Ты посылал меня в ад,
А я по ошибке, видно, попал
В какой-то южный штат.
— Ты что, рехнулся, что ли, Слим,
Или просто дурак, не пойму!
А где ж, ты думал, находится ад,
Где ж еще быть ему!
Иди-ка ты лучше на землю вернись,
Причины не утаю:
Уж больно ты глуп, таким дуракам
Не место у нас в раю…
ПОЛИЦЕЙСКИЙ ИЗ ЮЖНЫХ ШТАТОВ
© Перевод А. Ибрагимов
Ну как не простить Ти Кендрикса?
Ведь он южанин. Горячий малый.
В полицейском деле еще новичок.
Увидел бегущего негра —
И сразу нажал на крючок.
Ну как не понять Ти Кендрикса?
Он, ясное дело, не стал бы палить
Просто так, беспричинно.
Это был подходящий случай
Доказать, что он молодчина.
Ну как не утешить Ти Кендрикса,
Раз уж нельзя наградить?
Он же не знал, почему этот негр
Пустился бежать во всю прыть.
Сам виноват: не сваляй дурака —
Может, остался бы жить.
Ну как осудить Ти Кендрикса?
Подумайте только, что вынес бедняга:
С дымящимся револьвером в руках,
Испуганный, точно заяц,
Стоял он — и слушал, как женщины плачут
И негр хрипит, задыхаясь.
ЛЕНГСТОН ХЬЮЗ
МНЕ СНИТСЯ МИР
© Перевод А. Шарапова
Мне снится новый мир —
Без гнева и обид,
Его украсит мир,
Любовь благословит.
В нем каждый, кто идет,
Найдет свободный путь
И алчности вселенской гнет
Давить не будет грудь.
И черный с белым пополам
Поделят хлеб земной,
И белому я руку дам,
И он пойдет со мной.
И голову повесит грусть,
И жемчугом морским
Над миром радость светит пусть —
Я вижу мир таким.
МУЛАТ
© Перевод М. Зенкевич
Моя мать — негритянка, а мой отец
Был белый, как говорят.
Я не раз проклинал моего отца,
Но беру проклятья назад.
И если я мою черную мать
Проклинал когда-нибудь,
То я сожалею об этом теперь
И хотел бы проклятья вернуть.
Отец мой умер в большом дому,
И в лачуге мать моя.
Так где же придется мне умирать,
Ведь ни белый, ни черный я?