-Света. - из-за своих мыслей, я игнорирую пожатие и, повернувшись к девушке, которая уже давно выспалась, по-моему мнению, начинаю трясти Илону за плечо.
Та же бормочет как всегда что-то не членораздельное, а затем сильно бьёт меня по руке.
Я закатываю глаза.
-А вас как зовут. - Амелия обращается к амбалу, который недавно пристально смотрел на меня, теперь же он что-то тщательно высматривал в окне, тот неуверенно повернул голову на девушку. - Как вас зовут? - чуть громче спрашивает та.
Прочистив горло "Гаверлоп" потупил свой взгляд и неуверенно произнес:
-Геннадий.
-Милое имечко. Вам оно подходит. - она улыбается ему во все свои тридцать два зуба. - Амелия. - та, теперь, пристала к этому мужчине, протянув ему свою руку, Геннадий неуверенно пожимает её в ответ, щёки его заливаются румянцем.
Илона резко поднимается и осмотрев всё вокруг, закатывает глаза. Кажется громкий и слишком радостный голос этой светловолосой девушки её разбудил полностью.
-Если ты хочешь быть дружелюбной со всеми, нужно принимать во внимание чувства всех, а не только тех, кто не спит. - кареглазая хмурится и переступая ноги, которые попадаются ей на пути к выходу из купе, выходит на коридора. Кинув нам на по следок : -Что-то есть захотелось.
Двери шумно закрываются, и в купе нависает неловкое молчание. Глаза этой девушки и амбала прикреплены к двери.
-Ммм.. Я не хотела её обидеть. - закрыв глаза произносит Амелия.
-Ничего. Она всегда так себя ведёт. Сама виновата, что спать улеглась. Кому надо ехать в этот тупой Лондон, мне или ей? - уже не сдерживаюсь. Кажется кому-то нужно просто поспать. - Заснула она, понимаешь ли. Ведёт себя как королева. Ввязала по уши в какие-то какахи, а другим разгребать. Да что б ей пусто было. Задолбала. Всегда ей что-то не нравится. Побесится и перестанет. Ей ещё с нами ехать и ехать. - я впиваюсь в угол койки, возле стола и сильнее обхватываю свои ноги.
-Вижу, что ты не очень то рада быть компаньоном этой девушки. - смеётся Амелия. Как же её смех напоминает мне Ксюшу. Такой же странноватый, чем-то похоже на тихий звон колокольчика, смешанного со звуками тюленя, который чему-то радуется (знаю, не самое лучшее сравнение).
-Какая-то странноватая у вас компания туристов в Лондон. - успокоившись произносит девушка посматривая то на меня, то на "Гаверлопа".
-Какая есть. Судьба нас вместе свела. - я расслабляюсь и опускаю ноги на пол, перевожу взгляд на руки Амелии, которая только что взяла в руки мой sketchbook. Быстро выхватив свои "что-то типо рисунки", до того, как она увидела бы хоть что-то (она явно не поняла бы меня, а возможно весь наш вагон услышал бы вновь её смех).
Быстро проговорив:
-Не стоит.
Прячу подальше его в рюкзак, а наверх кладу всё то, что лежало снизу (логично, не правда ли?).
-Я пойду найду её. - обращаюсь я к Геннадию. Не хочу находиться в этой компашке и секунды. Эта девчушка страннее, чем я, хотя это лишь догадки.
Вдоль не очень длинного коридора, растилаются несколько дверей. Проходя мимо, я слышу разные голоса и звуки. Возле одной, слышу, как кричит ребёнок, а девушка его успокаивает какой-то пародией колыханки, явно девушке медведь на ухо наступил, по-моему ребёнок кричит из-за того, что ему страшно.. Возле ещё одной двери, слышны бурчания каких-то бабушек, по ходу им тоже не нравится эта "песня" с соседнего купе.. Кроме крика малыша, дальше ничего не было слышно. Да кто кроме нас будет вставать в, почти, шесть утра?
Пройдя несколько дверей, разделяющих вагоны, я наконец добираюсь до маленького подобия кафешки. Четыре столика по бокам и угловой кассой с продуктами. Чем-то похожая на 1970-х годов мини-кафе. Видела такие только на картинках дедушкиных пластин, которые до сих пор лежат как раритет у нас в библиотеке.
Быстро пробегаю глазами по этой каморке. Явно не хватает ремонта. И вот, наконец, я замечаю кареглазую, каштановые волосы, которой, слились, с коричневыми в серую полоску, обоями. Руки, которой свисают вниз со столика, а голова лежит поверх них. Капюшон накинут поверх её волос, из-за этого никак не понять спит она или рассматривает пятна на этих ужасных обоях.