Выбрать главу

Сереге и Костя создавали ледяные диски и запускали их в тело твари, но тот отбивал их с такой скоростью, что казалось его руки жили отдельно от тела. Прогремел еще один выстрел и тварь окончательно ослепла. Джин создал ледяную нить и добавил в нее тонкие лезвия. Нить обвилась вокруг шеи мутанта и вонзилась лезвиями внутрь. Некогда человек упал на колени и попытался оторвать удавку и у него почти получилось, но тут у него за спиной материализовался Костя и ткнув дулом пистолета в затылок — выстрелил.

— Ты совсем рехнулся, одному против него идти? — вспылил Костя, когда у всех прошла горячка боя и все немного успокоились.

— Я только вышел, а он уже был здесь. Как вы его пропустили? — не стал оправдываться я.

— Потому что это был шаман. И не смотри так, есть среди них такие, что имеют сильные дары, но сами по себе они слабые. Если бы мы не отвлекли его, то тебе бы точно конец пришел.

— Как их различать? — задал я глупый вопрос.

— Глаза видел? — я кивнул, — чем ярче от них свет, тем сильнее шаман. И только у шаманов глаза, как фонарики. У обычных они просто синие, — пояснил мне местный житель.

— Мне здесь не нравится, — прошептал я чуть слышно, а Джин улыбнулся.

— Идем отдыхать.

Глава 6

Шрам

На следующее утро я проснулся полностью опустошенным. Этот чертов шаман истощил меня и словно высосал всю жизнь, было трудно дышать и не хотелось даже шевелиться. Джин участливо предложил мне свою флягу, в моей уже ничего не осталось, а замешивать новый не было никаких сил и желания. Жадными глотками я присосался к металлическому горлышку и живительная влага постепенно начала наполнять мое тело. В голове прояснилось, зрение стало более отчетливым, шум в голове наконец прекратился.

— Спасибо, — выдавил из себя я, отдавая почти пустую флягу.

— Здорово же он тебя обработал.

— Это точно, но сейчас уже лучше. Какие планы?

Джин осмотрелся по сторонам, убедившись, что нас никто не видит и не слышит, подошел ко мне вплотную.

— Что тебе передал Степан перед отъездом? — шепотом спросил он.

Я лишь слегка удивленно приподнял бровь, но понимал, что скрывать смысла нет, поэтому протянул ему клочок бумаги. Джин довольно долго смотрел на нее не отрываясь.

— Ты знаешь, что это значит? — серо-синие глаза вперились в меня взглядом.

— Точно нет, есть только пару мыслей.

— Поделишься?

— Не сейчас, сначала я должен кое что выяснить. Как только узнаю — ты об этом узнаешь первым.

— Хорошо, тогда пойдем, нас уже ждут. Мы и так потеряли сутки.

Я взглянул на него непонимающим взглядом.

— В каком смысле сутки?

— Бой с шаманом был не вчера, ты проспал почти сутки.

Мы вышли из комнаты охраны, где нас уже ждали остальные. Вещи собраны, велосипеды частично заряжены, так что теперь можно отправляться в дальнейший путь.

— Серег, мы уже решили как будем ехать? — спросил я, подтягивая лямки рюкзака.

Тот подошел ко мне с картой.

— Сейчас мы у северной границы, нам нужно двигаться на юго-запад чтобы миновать Чернобыль, поэтому поедем по этой дороге, — он провел пальцем кривую линию указывающую в нужном нам направлении.

— Погоди, если поедем по этой дороге, то рискуем нарваться на еще одну атомную станцию, вот здесь, — я указал на карте маленький город возле водохранилища. Там тоже опасно. Предлагаю немного другой маршрут.

Вся наша команда собралась в очередной раз возле карты.

— Значит так, сначала едем строго на запад, пока не доберемся вот сюда, — я указал точку на карте, — затем делаем поворот на юг и едем сюда. Мы будем четко посередине двух отстойников.

— Откуда ты знаешь об этой станции? — удивленно спросил Костя.

— Мой город вот здесь, — я показал на еще один маленький городок на другой стороне водохранилища, — атомная станция была прекрасно видна и ее размеры впечатляли.

— Не хочешь наведаться домой? — неожиданно спросила Лина.

— У меня больше нет дома. Не в этой жизни. — с горечью ответил я.

— Все согласны с маршрутом? — задал очевидный вопрос Джин.

Сергей и Костя кивнули в знак согласия, Лина была готова ехать с нами хоть на край света, а без Джина я и с места не сдвинусь. Эти двое стали мне семьей в этом мрачном мире и я не готов был лишиться любого из них.