— И я бы заставил рейфа наблюдать каждую секунду.
— Почему? — шепчу я.
— Потому что даже если он просто выполнял приказ, он посмел связаться с ведьмаком острова Берр. И он снова сделал это только что, заставив меня пробежать чертов марафон, чтобы добраться до тебя. А у поступков должны быть последствия. Смотреть, как я поглощаю единственного человека, которого он жаждет больше собственной жизни? Ну, это меньшее, что он, блядь, может сделать.
— Сделай это.
Он отклоняет меня назад, заглядывая мне в глаза.
— Что?
Я не отвожу взгляд, дыша тяжело и часто.
— Я сказала, сделай это. Трахни меня и заполни. Возьми меня так, как хочешь. И заставь рейфа смотреть. — Потянувшись, я глажу его щеку. — Но потом ты его простишь. И мы все будем двигаться дальше. Договорились?
Джаспер издает низкий рык, его взгляд темнеет.
— Ладно. Договорились.
Проглотив облегчение, я смотрю на рейфа.
— Договорились, Дайн? Ты только смотришь. Никаких прикосновений.
Звук, который издает рейф, почти похож на мурлыканье. Только более низкое и хриплое. А его края кажутся немного темнее, будто теперь он обведен теневым контуром.
— Наказание соразмерно моим преступлениям. Я буду только смотреть.
— Я не буду нежным, — предупреждает Джаспер.
Я почти смеюсь от облегчения.
— Ну, слава богу, блядь. — Выскользнув из его объятий, я стягиваю полосатый льняной сарафан и отбрасываю его в сторону. Я остаюсь стоять посреди леса между рейфом и ведьмаком в одних трусиках и ботинках. Но я не чувствую, что сошла с ума. Я чувствую власть. Чувствую себя сильной и красивой. И я хочу этого. Я хочу разделить это чувство с ними обоими — моим защитником-наблюдателем и ведьмаком, который сводит меня с ума. — Покажи мне худшее, на что способен, Джаспер. И не останавливайся, даже если я буду умолять.
— О, милый ведьмак, — окликает Дайн у меня за спиной. — Трахни ее, или это сделаю я.
Это срывает последние остатки контроля Джаспера. Он бросается ко мне, притягивая к себе. Я хватаю его лицо обеими руками, целуя так, словно от этого зависит моя жизнь, пока он отрывает меня от земли. Одна его рука поддерживает меня за задницу, другая зарывается в мои распущенные волосы. Я обвиваю ногами его талию, и мы льнём друг к другу, жадно целуясь. Наши губы приоткрыты, языки дразнят друг друга. Он целует меня с той же сосредоточенностью и решимостью, что чувствуется во всём, что он делает.
Разорвав поцелуй, он кусает меня за подбородок, пока я жадно глотаю воздух.
— Больше никогда от меня не убегай, — рычит он, царапая кожу зубами.
— Почему нет? — дразню я. — Бегать — это весело... А-ах! — Вскрик вырывается сам собой, когда мир внезапно переворачивается. Внутри всё ухает вниз, словно я лечу с высоты, пока Джаспер опускается на колени, нависает надо мной и бережно укладывает меня прямо на покрытую мхом землю. Мох прохладный и мягкий, а воздух наполнен глубоким, древним запахом земли. Перед глазами всё кружится, и я остаюсь лежать, глядя в древесные кроны над головой. Солнечный свет пробивается сквозь листву, вспыхивая среди ветвей, словно россыпь ярких звёзд.
Джаспер хватает меня за лицо, его огромная ладонь обхватывает мой подбородок, и он дергает его вниз, возвращая всё мое внимание к себе.
— Ты больше не можешь быть безрассудной. Твоя шкала оценки рисков абсолютно сбита. Магия всё меняет. Теперь ты должна доверять мне. И слушать меня. Услышать, почему я не хочу, чтобы ты бежала, а уже потом решать, побежишь ли всё равно. Я не стану тебя контролировать. Но статус твоего верховного жреца означает, что ты выслушаешь мой совет, даже если ему не последуешь. Поняла?
Я киваю, накрывая ладонью его руку на моей щеке.
— Да, сэр.
Он стонет, тихо выругавшись.
— Боги, ты одна сплошная, блядь, проблема. Заставила меня гнаться за тобой, словно у меня задница горит, и вот я трахаю тебя посреди этого леса, как дикое животное во время гона.
— Да, — тяжело дышу я, дергая его за рубашку. — Трахни меня. Пожалуйста.
— Вам нужны инструкции? — подает голос рейф.
— Заткнись и смотри, — рявкает Джаспер. — Никаких разговоров. Просто грейся в лучах своей причуды обладания коленями и слушай, как Берди выкрикивает мое чертово имя.
Рейф ухмыляется.
— С удовольствием.
Я зарываю руки под его рубашку, гладя разгоряченную кожу живота. Он уже влажный от пота после пробежки в поисках нас. Мой благородный жрец. Он пришел, чтобы защитить меня, даже зная, что бессилен против рейфа. Он был готов сражаться за меня, умереть за меня. Это невыносимо. Я смаргиваю слезы и тянусь к нему.
— Ты мне нужен. Джаспер... малыш, пожалуйста. Ты мне так нужен. Я чувствую себя такой пустой. Заполнишь меня?
Со стоном он просовывает руку между нами, надавливая двумя пальцами поверх моих влажных трусиков, чтобы подразнить клитор.
— Ты хочешь меня здесь?
От первого же его прикосновения я выгибаю спину. Клянусь, у моего клитора уже есть собственный пульс.
— Да... блядь... прямо здесь!
Он начинает медленно выводить маленькие круги, и это сладкое трение заставляет меня невольно податься бёдрами ему навстречу.
— Это только для меня. Моя хорошенькая маленькая киска.
Я прикусываю губу, крепко зажмурившись, стараясь не кончить. Глубоко дыша, давлю в себе желание, пока не начинает кружиться голова.
— Скажи это, — рычит он, прикусывая меня за ухо.
— Я... да... только твоя. — Я дергаю его за рубашку, рассеянно пытаясь ее снять. Тем временем он поддевает пальцами край моих трусиков, погружая оба глубоко внутрь меня одним медленным нажатием.
— О... блядь... — Я жадно хватаю воздух, надавливая бедрами и пытаясь втянуть его глубже мышцами живота. Так приятно, но этого недостаточно. Я хочу член. В этот раз он мне нужен.
Джаспер водит пальцами внутрь и наружу, растягивая меня и выдыхая новые непристойности, от которых я стремительно пьянею:
— Я войду в тебя так глубоко...
— Да.
— Моя, чтобы пробовать на вкус, моя, чтобы трахать и заполнять...
— Боже... да, — стону я. — Всё, что во мне есть, принадлежит тебе. Просто трахни меня, пока я не начала кричать!
Он смеётся, откидываясь на колени между моих раздвинутых ног. Сдёргивает с себя мокрую от пота футболку и бросает её в сторону. Святые небеса, он великолепен. Крошечный амулет от сглаза — единственное украшение на нем. Его мощные грудные мышцы покрыты темными волосками, спускающимися дорожкой вниз по животу и исчезающими под джинсами.
— Какая ненасытная маленькая смертная, — дразнит он. — Ничего, кроме члена, не подойдет, а? Чувствуешь себя пустой? Твоя бедная киска так по нему изнывает?
Его игры довели меня до того, что я готова визжать.
— Пожалуйста...
Всё ещё посмеиваясь, он опускает руки к ширинке, и я встречаю его там. Мы оба боремся, чтобы освободить его от ремня. Затем он стягивает расстёгнутые джинсы с бёдер, снимая и трусы, пока он не оказывается передо мной — необрезанный, гордый и очень твёрдый. Джаспер сжимает член в кулаке, поглаживая его от основания до головки.
— Иди сюда. — Он тянется ко мне, и я уже торопливо поднимаюсь на колени. Его свободная рука зарывается мне в волосы, притягивая к себе. — Отсоси мне. Сделай меня мокрым.
С облегченным мычанием я беру в рот его головку, облизывая его идеальный член. От первого же вкуса смазки на языке меня бросает в дрожь. Вот чего я хотела. Вот та разрядка, за которой я гналась. Свобода, блаженство. С ними обоими я чувствую себя в безопасности. С Дайном, чьи глаза всегда прикованы ко мне, всегда наблюдают. С Джаспером, чьи руки трогают меня, заводят и заставляют задыхаться.
— Блядь, какая хорошая девочка. — Джаспер толкается бедрами мне в рот. Кулак в моих волосах удерживает меня на месте, без слов давая понять, что он хочет, чтобы я взяла глубже. Опираясь одной рукой о мшистую землю, впиваясь голыми коленями в сосновые иголки, второй рукой я обхватываю его толстый ствол. Большим и указательным пальцами оттягиваю крайнюю плоть, обнажая круглую головку. Лижу ее, обводя языком.