Захлопнув рот, я поворачиваюсь к Дайну. О боже... ладно, это просто нечестно. Его кудрявые волосы собраны сзади в низкий пучок, и теперь на нем сшитый на заказ черный костюм: пиджак расстегнут, галстука нет. Он смотрит на меня с широко распахнутыми от изумления глазами.
— Берди, ты выглядишь...
На мне платье-флэппер, расшитое пайетками цвета розового золота. Только бретели почти невесомые, а глубокий V-образный вырез уходит далеко вниз, между грудей. Исторической достоверностью здесь, конечно, и не пахнет. Подняв руку, я касаюсь волос. Длинная коса исчезла. Вместо неё волосы уложены мягкими локонами. Могу только представить, что губы теперь накрашены ярко-красной помадой, а их контур подчёркнут безупречным «луком Купидона».
— Что ты сделал? — снова спрашивает Джаспер.
— Я хотел сменить обстановку, а никто из вас не был одет по дресс-коду, — отвечает маг. Для себя он создал темно-бордовый костюм-тройку по фигуре и серую фетровую шляпу, низко надвинутую на один глаз.
— Чем тебя не устроил секс-притон? — бормочет Джаспер.
— Я обнаружил, что просто не могу вести дела в том же месте, где предаюсь удовольствиям. Присядем?
В центре бара расставлены разнообразные низкие диванчики и кресла. Баз идет первым, опускаясь на край обитой тканью кушетки. Я занимаю кушетку напротив него, а Дайн садится рядом со мной, положив руку на мое обнаженное бедро. Джаспер решает остаться стоять позади нас, твердо положив руку мне на плечо.
— Я хочу получить свои вещи назад, прежде чем мы уйдем, — предупреждает он мага.
Баз закатывает глаза, вытягиваясь на своей кушетке.
— Ума не приложу, зачем.
— Сентиментальная ценность.
Маг лишь пожимает плечами.
— Извини, ведьмак. Прямо сейчас Кларенс их сжигает.
Джаспер тихо сыплет проклятиями, а я обхватываю его запястье ладонью.
— Мы благодарим Вас за уделенное нам время и за гостеприимство, — говорю я, перебивая его. — Лично мне очень нравится смена обстановки.
Баз оживляется.
— Правда?
Я улыбаюсь, рассматривая все детали бара.
— Да, в колледже я проходила курс по эпохе Сухого закона. Преподавательница была просто потрясающей. Она устроила нам экскурсию по старым подпольным барам, спрятанным по всему городу. Это было невероятно увлекательно. На самом деле, это вдохновило меня на одну из моих татуировок.
Он подается вперед, его фиолетовые глаза мягко светятся.
— Покажи.
Тоже подавшись вперед, я ускользаю от прикосновения Джаспера и вытягиваю левую руку. Медленно поворачивая ее, показываю Базу маленький коктейльный бокал, вытатуированный на внутренней стороне предплечья. На краю висит долька лимона, а вместо коктейльной трубочки — деревянная ложка для меда. Вокруг ножки бокала порхают две маленькие пчелки.
Он посмеивается.
— Ах, «Коленки пчелы»16 . Потрясающий коктейль.
Я улыбаюсь, откидываясь назад.
— Согласна.
Вздохнув, он тоже откидывается назад, скрестив лодыжки на кушетке. Сняв фетровую шляпу, он небрежно бросает ее в сторону.
— Помнишь Сухой закон, Дайн? Какое было время, чтобы жить, а? Вечеринки, перестрелки, политика. Ты тогда был на континенте?
— Да, — отвечает Дайн.
Почувствовав его боль, я накрываю его руку на своем бедре своей ладонью. Сухой закон был в начале двадцатого века, а это значит...
— Ах да, точно, — тянет маг. — Ты ведь уже был связан узами, не так ли?
— Был, — сухо отвечает Дайн. — И до сих пор связан.
В этот момент подходит официантка с подносом коктейлей. Пока она ставит поднос, по комнате легко льется плавный джаз. Она подает каждому из нас по идеально охлажденному «Коленки пчелы», украшенному засахаренной лимонной цедрой. Она пропускает Джаспера. Я тут же вспоминаю, что она не может его видеть.
— Спасибо, Диана, — щебечет маг, уже потягивая свой напиток, пока она уходит. — Сладкая Цирцея, как же это вкусно. Так, на чем мы остановились? — Его поразительные фиолетовые глаза останавливаются на мне. — Ах да. Берди, Берди, Берди. — Он произносит мое имя так, будто расплетает каждый слог, выискивая в буквах какой-то скрытый смысл. — Ты пришла ко мне в поисках ответов.
Я держу коктейль, не уверенная, стоит ли его пить.
— Да, пришла. Дайн сказал, что Вы можете нам помочь. Он сказал, что Вы можете знать, кто я такая...
Он поднимает руку.
— Я бы хотел начать с того, кто ты, если не возражаешь.
После еще одного кивка от Дайна я ставлю свой бокал на столик между нами.
— Хорошо...
— Берди... — Он снова смакует звучание моего имени. — Полагаю, это не то имя, что тебе дали при рождении?
— Нет, мое настоящее имя — Вирджиния. Берди — это просто прозвище.
— А Роудс?
— Это фамилия моей приемной семьи.
— Ты приемная?
— Да.
— Сюжет закручивается. — Он склоняет голову набок, продолжая потягивать коктейль. — Кем была твоя биологическая мать, Вирджиния Берди Роудс? Кто твои предки? Откуда они родом?
— Я не знаю. Усыновление было закрытым. Приемные родители никогда не позволяли мне узнать ничего о моей биологической матери или моей семье... кроме того, что она была наркоманкой, которая заслужила смерть во время родов. И что она совершенно точно горит в аду. Они всегда очень ясно давали это понять. В моей юности постоянно звучало, что я отправлюсь вслед за ней, если не отрекусь от своей порочности.
Баз усмехается.
— Боги, человеческие фанатики такие скучные. Знаешь, я бывал в аду пару раз. Летом там прелестно. Помнишь, Дайн?
Сидящий рядом со мной рейф кивает.
Ища на что бы отвлечься, я тянусь за своим оставленным коктейлем. Когда я подношу его к губам, появляется рука Джаспера и накрывает мою руку на бокале.
— Дай сюда. — Он выхватывает бокал у меня из рук. Отведя его в сторону, он наклоняет его и выливает коктейль на ковер.
Глаза мага сужаются от раздражения.
— Это был джин за пятьсот баксов.
— Выстави мне счет, — отвечает Джаспер.
Бросив на Джаспера умоляющий взгляд, я пытаюсь вернуть нас к сути дела.
— Пожалуйста, сэр... мистер Барнс... если Вы можете хоть что-то рассказать мне о том, кто и что я такое, я была бы Вам очень признательна.
Бросив на Джаспера последний свирепый взгляд, он снова переключает свое внимание на меня.
— Звучит так, будто ты подкидыш: без корней, без дома и без собственного имени. Ты абсолютно уверена, что ты полностью человек?
— Ну, я... — Вопрос застает меня врасплох. — В смысле, не хочу показаться грубой, но... разве маг не должен быть способен мне это сказать?
Он ухмыляется, в его глазах вспыхивает озорство.
— Простой анализ крови мог бы это подтвердить. — Наклонившись вперед, он с помощью магии, в струйке фиолетового дыма, материализует в своей руке фиал. — Один укол в вену, и твоя кровь сможет раскрыть все твои сладкие маленькие секретики.
Теперь Джаспер буквально переваливается через кушетку, чтобы схватить меня за плечи и оттащить подальше от мага.
— Ты не прикоснешься к крови Берди.
Я напрягаюсь в его хватке.
— Это всего лишь капля крови, Джаспер.
— Берди, он маг.
— Да, и он нам помогает, — возражаю я, пытаясь задобрить мага. Не то чтобы я ему доверяла. Как раз наоборот. Но и злить его я тоже не хочу. Очевидно, ему доставляет удовольствие бесить Джаспера. Я веду рискованную игру, притворяясь, что занимаю его сторону. — Если анализ крови может дать нам ответы на наши вопросы, почему бы нам не сделать его...
— Потому что он не флеботомист17 , — парирует Джаспер. — Он, блядь, маг. Он некромант, Берди! Первое правило магии: никогда не предлагай свою кровь некроманту.
— Это первое правило? — дразнится Баз. — Надо будет свериться с моей инструкцией. А я-то думал, оно звучит так: ничего не дается даром. — Его глаза загораются, когда он поворачивается ко мне. — Ты хочешь ответов, и я могу помочь тебе их найти. Всё, о чем я прошу — это крошечный укол. Один малюсенький фиал крови. Дай мне это, и я сделаю всё, что в моих силах, чтобы ответить на тот самый животрепещущий вопрос, который теперь волнует нас всех: кто такая Вирджиния Берди Роудс?