— Боже, да...
Он переключается на другую грудь, и я дрожу, снова опуская руку, чтобы опереться о гранит. Он покусывает пирсинг, дергая его зубами, пока я не начинаю мычать — каждый маленький рывок отдается ударом прямо по клитору.
— Блядь... пожалуйста, Джаспер, мне нужно больше.
С тихим рычанием он опускает руки мне на бедра. Стягивает меня с края кухонного острова, позволяя соскользнуть на пол. Как только пальцы ног касаются земли, он разворачивает меня, прижимаясь сзади. Его бедра трутся о мою задницу, впечатывая меня в край столешницы, пока его руки обвивают меня спереди. Одна ложится на шею, крепко прижимая к себе, а другая скользит вниз, между грудей, которые он только что целовал, по животу — всё ниже и ниже.
Я дышу, ощущая давление его ладони на своём горле, и осмеливаюсь податься навстречу его хватке, безмолвно прося большего. Он тихо рычит и даёт мне именно то, чего я хочу, сильнее сжимая пальцы. Теперь, когда я стону, он чувствует, как вибрация отдаётся ему в ладонь.
— Хорошая девочка. — Он целует раковину моего уха. — Такая податливая для меня. Так горишь желанием угодить, теперь, когда знаешь, что получишь желаемое, м-м?
Я улыбаюсь и киваю, всё еще затаив дыхание. Мне нравится эта тягучая боль, это восхитительное давление.
Напоследок ещё раз сжав пальцы, он отпускает меня. В следующий миг он уже рядом: одна ладонь лежит у меня на плече, а его тёплый голос звучит у самого уха.
— Дыши для меня.
Я втягиваю воздух, чувствуя эйфорию. Всё мое тело гудит.
— Умница, — хвалит он, продолжая гладить меня, всё сильнее распаляя. — Я хочу прикоснуться к тебе здесь. — Он накрывает ладонью мой лобок поверх джинсов. Прижимая два пальца, медленно проводит ими по плотному джинсовому шву. Давление совсем лёгкое, лишь дразнящее, но его достаточно, чтобы задеть мой ноющий клитор. — Ты ведь тоже этого хочешь, правда?
Я упираюсь ладонями в кухонный остров и подаюсь к нему бёдрами, давая ему больше пространства, чтобы прикасаться ко мне. Прохлада каменной столешницы под моими ладонями резко контрастирует с жаром, который теперь разливается по моей коже.
Тело Джаспера прижимается к моей спине, твёрдое и сильное. Одной рукой он сжимает мою грудь. Другую медленно просовывает под пояс моих джинсов. Его ладонь замирает, выжидая.
— Ты мокрая для меня, Берди?
Киваю в знак согласия, млея от того, как он рычит мое имя — так собственнически и жадно. Подавив всхлип, прижимаюсь задницей плотнее к его бедрам и чувствую его твердость, ожидающую меня. Я безумно хочу обхватить его член, подразнить языком. Выгнув спину, изворачиваюсь в талии и тянусь назад одной рукой, ровно настолько, чтобы зарыться пальцами в его волосы и завладеть его губами в очередном быстром поцелуе. Меня терзает жажда. Я слегка прикусываю его нижнюю губу. Жёсткая щетина царапает мой подбородок. Хочу чувствовать это трение везде.
— Прикоснись ко мне, — умоляю я. — Джаспер, пожалуйста… — я задыхаюсь, не в силах договорить, когда он наконец засовывает руку в мои джинсы, его пальцы дразнят край трусиков, скользя всё ниже. Они касаются моих мягких завитков, словно перышко, прежде чем раздвинуть половые губы.
— Посмотри на себя, — воркует он, проводя по моей влажности. — Такая нуждающаяся девочка. Ты изнываешь от желания? Эти тесные трусики насквозь мокрые. — Я борюсь с новой дрожью от его слов и трусь о его руку, отчаянно желая большего.
— Внутрь, — выдыхаю я. — Вставь их в меня… да…
Он проталкивает два пальца в меня, его кулак скован туго натянутой джинсовой тканью. Он медленно вращает пальцами прямо у самого входа во влагалище. Это давление пробуждает каждое нервное окончание, заставляя тепло разливаться от самого моего центра. В конечностях появляется то самое восхитительное ватное ощущение, которое бывает прямо перед тем, как всё тело натягивается как струна.
— Джаспер, я так близко. Мне нужно больше... ах...
Даже сквозь тесноту джинсов он умудряется игриво шлепнуть меня по киске. Наклонившись, прикусывает мое ухо, а свободной рукой слегка дергает колечко в соске.
— Продолжай указывать мне, что делать, и я начну думать, что ты сомневаешься в моей способности как следует тебя удовлетворить. — От его голоса мое нутро раскаляется добела. — Ты сама сказала: твое тело говорит правду. Оно выбалтывает мне все твои секреты, шепчет, чего ты хочешь... что тебе нужно. Должен ли я перестать следовать его инструкциям и подождать, пока ты сама не проведешь экскурсию?
Я с улыбкой качаю головой, кусая губу, чтобы не сказать ничего такого, что он мог бы принять за указание.
Он одобрительно мычит, целуя меня в затылок.
— Хорошая девочка. — Затем он снова вводит пальцы в меня. — Я чувствую, как твоё удовольствие нарастает прямо… здесь. — Он гладит мою переднюю стенку, пока я не начинаю пульсировать вокруг него. — Я чувствую всё, Берди. Чувствую, как твои стенки сжимаются, чувствую, как колотится твое сердце. — Его дыхание обжигает мне затылок, когда он проводит кончиком носа вдоль моего позвоночника.
Я борюсь с дрожью, сдерживая всхлип.
— Готов поспорить, ты бы выжала все соки из моего члена, правда, сладкая девочка? Но сначала я хочу почувствовать это на своих пальцах. Я должен как следует тебя растянуть.
Судя по всему, Джаспер Прескотт любит грязные разговоры, и я, блядь, обеими руками за.
Крепко намотав мои волосы на кулак, он откидывает мою голову назад и целует меня; одна его рука засунута мне в джинсы, пальцы дразнят киску, а вторая по-прежнему крепко держит за волосы.
— Черт, — вскрикиваю я, разрывая поцелуй. Моги ноги дрожат. Грань так близко. Я хлопаю ладонью по холодному граниту, приподнимаясь на цыпочках, и скачу на его руке, бесстыдно прижимаясь задницей к его бедрам. — Не останавливайся!
— Какая требовательная, — дразнит он. — Намочи мне, блядь, всю руку.
— О боже мой... — Мне кажется, что я кричу, но вырывается лишь сдавленный вздох.
Его пальцы ритмично входят и выходят, медленно и размеренно. Он не торопится. Никакой гонки к финишу. Это постепенное нагнетание до кульминации.
— Хочешь разлететься на куски для меня, да? Ты отчаянно, блядь, этого жаждешь. Посмотри на себя, ты вся дрожишь. Я чувствую вкус твоего возбуждения в воздухе. Хочешь, чтобы этот раз действительно что-то значил, так?
Терпеть не могу, что он так хорошо меня читает.
— Просто не останавливайся...
Со смехом он оставляет левую руку во мне, а правой блуждает по моей груди. Снова обхватывает мое горло, твердо притягивая спиной к своей груди, но на этот раз не сжимает.
— Думаешь, я подарю тебе один раз и на этом покончу с тобой? Так тебя разочаровывали все остальные в прошлом? Сбивали оскомину, только чтобы оставить тебя пустой и отчаянно жаждущей большего?
Улыбаясь, я снова решаю его подразнить, даже несмотря на то, что подаюсь навстречу движениям его пальцев и сильнее склоняюсь над столешницей.
— По моему опыту, большинство мужчин совершенно бесполезны. Дай мне заряженный вибратор, и дальше я прекрасно справлюсь сама.
Джаспер слишком уверен в себе, чтобы повестись на мое стервозное поведение. Как он и сказал, он чувствует, как сильно я его хочу. Он прикусывает мне ухо, опуская правую руку с шеи, чтобы ущипнуть за сосок.
— На случай, если ты не заметила, я, блядь, не большинство мужчин. — Дотянувшись спереди, он перехватывает запястье руки, которой я опираюсь о столешницу. Жар его ладони такой сильный, что обжигает.
— Ай... что... — Я сдерживаю вскрик, когда тонкая лоза обвивается вокруг моего запястья. Она скользит по столешнице, оплетая и второе. Затем путы начинают сжиматься, стягивая мои запястья вместе. — Подожди… Что ты делаешь?
Он смеётся, не прекращая двигать пальцами в киске, а затем перехватывает мои связанные запястья и тянет меня назад, заставляя обвить руками его шею.
— Ох, блядь, святые угодники...
— Большинство мужчин могут так сделать?