Его брови удивленно ползут вверх.
— Ты не заставишь меня с тобой драться за нее или... не знаю, не вырвешь мне хребет?
Я смеюсь. До чего же забавные представления у смертных.
— Берди моя, Джаспер. И тебе не придётся со мной за неё сражаться. Пока между вами всё происходит по взаимному согласию, с чего бы мне возражать, если и с тобой она найдёт удовольствие?
— Потому что ты считаешь её своей, — отвечает он. — Почему ты позволяешь мне быть с ней, а не грозишься вырвать мне хребет?
Я снова лишь пожимаю плечами.
— Потому что ты тоже мой.
Со вздохом он отставляет пиво, а я оглядываю тихий дом.
— Если сегодня всё прошло так хорошо, почему ее здесь нет?
Он заметно напрягается.
— Она ушла, Дайн.
— Но...
— Я ей не надзиратель, — перебивает он. — Она имеет право уйти, если хочет.
— Но почему бы ей не захотеть быть здесь? Очевидно же, что ты ее отлично обслужил. Запах ее киски буквально фонит от...
— Хватит.
Фыркаю, скрестив руки.
— Ну, и что случилось?
О, мой ведьмак теперь просто гудит от тревоги.
— Джаспер, что ты натворил?
С тяжелым выдохом он смотрит на меня.
— Я сказал ей, что я ведьмак, ясно? Рассказал ей всё. Потом довел ее до двух оргазмов. А потом она ушла.
— Ну... и куда она ушла?
Он хмурится.
— Обратно в свою маленькую квартирку, чтобы спокойно попсиховать.
Интересно . Джаспер Прескотт из тех закоренелых одиночек, кто никогда никого к себе не подпускает. Никогда не меняет привычек. Никогда не рискует. Но нанять Берди? Позволить ей жить в квартире? Доверить секреты своего ковена и разделить с ней плотские утехи?
Сплошной риск… один за другим…
Подавшись вперед, улыбаюсь моему не такому уж и одинокому ведьмаку.
— Ты по уши в нее втюрился.
— Вовсе нет.
О, это просто великолепно.
— Бессмысленно отрицать, — говорю я. — Я умею читать ауры, помнишь? Не говоря уже о том, что я преследовал тебя неделями. И я пробовал твою душу на вкус. Я почтипоглотил ее. Я знаю тебя, Джаспер Лайонс Прескотт. Гораздо лучше, чем ты знаешь себя сам. Ты совершенно одурманен человеком, и тебе грустно, что она ушла. Ты хочешь, чтобы она была здесь с нами...
— Выметайся из моей головы, — рычит он. — И перестань называть меня полным именем. Это жутко.
— Твоя голова не проблема, — дразню я. — Это твое сердце взяло и влипло в неприятности. Твоя душа тоже. Надеюсь, ты видишь в ней то же, что и я. Она дикая и красивая, да. Сильная, своенравная. Но она — нежный цветок, Джаспер. Чтобы о ней по-настоящему заботиться, понадобятся терпение и умелые руки.
— Ты вообще понимаешь, что говоришь это зелёному ведьмаку? — парирует он. — Я знаю, как помочь расти чему угодно
— Правда?
— Да.
— Она не растение, Джаспер. Она человек. Что-то из твоих навыков, возможно, и пригодится, но далеко не всё. И если судить по твоему вчерашнему выступлению, тебе понадобится моя помощь.
— Вчерашнему выступлению?
— Ей было грустно и одиноко, а ты даже не предложил расчесать ей волосы.
Он со стоном сдается.
— Ты закончил?
Мой бедный, сломленный ведьмак. До смерти боится желать. До смерти боится быть желанным. Я вижу, как пульсирует его аура, пока он снова возводит вокруг себя стены, отчаянно ища, за что бы зацепиться, лишь бы увести разговор в сторону.
Спустя мгновение он тяжело вздыхает.
— Ты говорил, что тебе нужно рассказать мне что-то о Людмиле.
Точно. Вернемся к делу.
— Так и есть. Я сегодня говорил с Эзрой Хоу.
Он тут же щетинится, словно рассерженный дикобраз.
— Ты говорил с Хоу? Какого хрена, Дайн? А как же, блядь, не привлекать к себе внимания?
— Спокойно, — успокаиваю я его. — Я применил к нему свои способности убеждения. Он ничего не вспомнит.
— Ну и? Что узнал?
Расправив плечи, я выдаю полный отчет:
— Хоу ищет тела Первой Пятерки в Хоумвуде. Он планирует использовать какую-то человеческую технологию, устройство для поиска трупов.
— Устройство для поиска трупов?
— Да. Сегодня я проник в его кабинет и нашел бланки заказов. — Достав копии из заднего кармана, протягиваю ему.
Джаспер разворачивает их и быстро пробегает глазами.
— Георадар?
Подхожу ближе, заглядывая в бумаги через его плечо.
— Да, тот, что есть у Хоу, сломан. Он заказал новый комплект батарей, чтобы починить машину. Очевидно, это запатентованная технология компании. Разумеется, я отменил его заказ. Просто для подстраховки использовал другой аккаунт и заказал тысячу батарей с доставкой на склад в Сакраменто.
— Тысячу батарей? Зачем?
— Компания маленькая. Они будут так заняты выполнением этого заказа, что не смогут выполнить заказ Хоу, когда до него наконец дойдет, что его заказ отменен. Подумал, это даст нам достаточно времени, чтобы продержаться до обряда кровавой луны, пока он не достанет новую батарею для своей сломанной машины.
— И как же ты заказал тысячу батарей?
Достаю тонкую карточку из другого заднего кармана и показываю ее.
— Использовал твою кредитку.
— Ублюдок. — Джаспер выхватывает ее у меня из рук. — И что мне теперь делать с тысячей батарей для аппарата по поиску трупов, а?
— Какое отношение это имеет к нашему обсуждению? — Он тихо рычит, пока я продолжаю. — Так вот. Хоу уверен, что тела твоих предков были похоронены вместе с их гримуарами. Именно за ними охотится Людмила. Нет ничего, чего моя госпожа жаждала бы сильнее, чем магии, которая ей не принадлежит. Гримуары ведьм, достаточно могущественных, чтобы защитить от неё целый остров, стали бы сокровищем, за которое она заплатила бы любую цену. Если мы хотим остановить Людмилу, мы должны не дать ей заполучить эти гримуары.
Помедлив, Джаспер кивает.
— Да. Я знаю.
— Что именно ты знаешь?
— Про гримуары. Я уже в курсе.
Я на мгновение теряюсь.
— Я… Не… Откуда ты уже знаешь?
— Берди рассказала, — отвечает он с безразличным пожатием плеч. — Она тоже сегодня говорила с Хоу.
Я с шумным выдохом выпускаю весь воздух из груди.
— А-а… Понятно. Что ж, выходит, я здесь больше не нужен.
Я выхватываю у него бумаги, складываю их и убираю. Мой ведьмак не может этого знать, но больше всего на свете я ненавижу бесполезную работу. И особенно когда бесполезным оказываюсь я сам.
Он делает шаг ко мне.
— Эй, всё нормально…
Я резко отталкиваю его руку.
— Вот именно поэтому Берди больше нельзя отпускать от нас ни на шаг!
Он ошеломлённо отступает.
— Ты вообще о чём?
— Такое дублирование работы нас погубит, Джаспер! Половину дня я потратил впустую, добывая для тебя сведения, которые у тебя уже были. А у нас осталось всего девять дней!
Он кивает, и по краям его ауры разливается прохладный лимонно-жёлтый оттенок раскаяния.
— Ты прав. Прости. Слушай… Может, нам просто стоит лучше координироваться? Ну, связываться друг с другом в течение дня. Ты вообще умеешь пользоваться мобильным телефоном?
Я прищуриваюсь.
— Я рейф, Джаспер. Не амеба!
— Ну да. Только минуту назад казалось, будто ты даже собственную обувь снять не в состоянии, — перекрикивает он меня. — Так что уж извини за прямой вопрос…
— Я наслаждался моментом! Последний раз я снимал обувь больше двухсот лет назад. Потому что у меня, знаешь ли, не было ног! — И на одно восхитительное мгновение я вновь ощущаю это по-человечески простое удовольствие: в раздражении провести рукой по волосам. Одного этого почти хватает, чтобы умерить мой гнев. Почти. — Боги, вы, смертные, невыносимы. Вы всё воспринимаете как должное! Иметь ноги — это дар, Джаспер. Ты каждый день снимаешь и надеваешь ботинки. Для тебя это не более чем рутина. Для меня же это, мать его, чудо. Это лишь мнение одного рейфа, но тебе бы стоило привнести немного больше причудливости в свою клинически скучную жизнь!