— Заткнись! — огрызаюсь я.
Я вижу, как Джаспер мчится к нам сквозь деревья. Он выглядит диким. Его скорость нечеловеческая: он несется как вепрь, проламываясь сквозь кусты и перепрыгивая валуны. Я торможу, скользя по земле, и Дайн едва не врезается в меня сзади. Он хватает меня за плечи, и от этого Джаспера застилает пелена ярости. Ведьмак бросается вперед. Обхватив меня руками, он вырывает меня из хватки рейфа. Его сокрушительные объятия чуть ли не выбивают из меня весь дух.
— Уф...
— Хвала Богине, — стонет он. Его руки крепко впиваются в мою спину в объятиях, ломающих кости. Затем он убирает волосы с моего лица и целует мой лоб, щеки, губы. — Ты в порядке? Он тебе не навредил?
— Внрме.
Какая-то часть меня хочет просто позволить Джасперу держать меня в объятиях. Нет, я хочу большего. Хочу сорвать с него одежду и трахнуть его прямо здесь, в лесу, словно мы пара диких животных. На меня только что охотился рейф. Он пытался выпить мою душу, но я его остановила. Я поставила Смерть на колени. Теперь я чувствую себя перегруженной электрической цепью. Такому скачку напряжения нужен выход, прежде чем всё взорвется.
— Джаспер... подожди... — Но я отвечаю на его поцелуй, прикусывая его нижнюю губу, борясь с ноющим желанием взобраться на него, как на дерево.
Его руки повсюду, они притягивают меня ближе. Он весь мокрый от пота, его естественный осенний запах смешался с терпким мускусом испарины. Он что, бежал всё это гребаное время? Он изголодался не меньше меня; его горячее дыхание обжигает мне горло, когда он с силой присасывается к моей разгоряченной коже, оставляя засос.
— Блядь, я думал, что потерял тебя. — Он проводит зубами по отметине, а затем успокаивает ее прикосновением влажного языка.
Я дрожу, цепляясь за него, сжимая в кулаках его потную рубашку.
— Я в порядке, — заверяю его. — Правда...
— Всё было под полным контролем, — раздается голос рейфа прямо у меня за спиной.
Вспомнив о ярости, кипевшей во мне пару минут назад, я отталкиваю Джаспера, выпутываясь из его объятий. Он не дает мне уйти далеко. Его руки продолжают крепко держать меня за плечи.
— Какого черта? — кричу я. — Ты правда решил, что это нормально — не сказать мне, что тот грабитель из переулка на самом деле высасывающий души рейф?
Всё еще пытаясь отдышаться, он сужает глаза в гневные щелочки; его взгляд мечется между нами.
— Что случилось? Что он, черт возьми, сделал?
— Он гнался за мной по лесу, повалил на землю и пытался убить!
Дайн осмеливается встать у меня за спиной, тяжело опустив руку мне на плечо.
— Таковы факты, но она преподнесла их весьма искаженно.
Я разворачиваюсь к нему и отбиваю его руку.
— Ты сам сказал, что не смог бы остановиться после того, как уже начал меня поглощать! Если бы не... как там вообще называется этот мой маленький магический фокус, я бы сейчас была мертва.
— Потому что ты побежала, — рычит Джаспер. — Я же говорил тебе, блядь, не бежать.
— А еще ты говорил, что будешь со мной честен! Как думаешь, почему я сейчас так взбешена? Я умоляла тебя рассказать правду о том, что я из себя представляю...
— И я рассказал! — перекрикивает он меня. — Ты спросила, как тебе удаётся его остановить, и я ответил, что не знаю. И до сих пор не знаю. Никто из нас не знает. Бёрди, это правда…
— Да, но чего ты мне не сказал, так это того, что Дайн был в комнате, когда я задавала этот гребаный вопрос! И... обожемой... — С бешено колотящимся сердцем я резко поворачиваюсь к рейфу. — Ты и при этом тоже присутствовал?
Глаза Дайна расширяются, он переводит взгляд с одного на другого.
— Тебе придется уточнить...
Скрестив руки на груди, я сверлю его взглядом.
— Я спрашиваю, прятался ли ты вчера на кухне, когда мы с Джаспером... когда мы...
Боже, я даже не могу закончить предложение!
Слушайте, я не против зрителей, когда дело доходит до секса, но обычно предпочитаю заранее знать, что за мной будут наблюдать. А вот близость? Я лучше умру, чем признаюсь в своей уязвимости, не говоря уже о том, чтобы кто-то наблюдал за этой уязвимостью из тени. И тот момент с Джаспером на кухне был одним из самых интимных переживаний в моей жизни. Он разрушил мои стены, лишил всех щитов и заставил меня чувствовать вместе с ним. Если за этим наблюдал кто-то еще? Если Джаспер знал и промолчал?
Уф, меня сейчас стошнит.
Дайн быстро всё понимает. Его глаза расширяются еще сильнее, и он отчаянно машет руками.
— Берди, нет. Клянусь, я узнал о вашей любовной связи только постфактум.
— Любовной связи? — повторяю я.
— Да, — пылко кивает он. А затем снова бросает на нас взгляды. — Вы же говорите о том, как он тебя трахнул, да? Сначала своими пальцами, потом ртом...
— Хватит, — отрезает Джаспер. — Дайн, нам не нужен краткий пересказ.
Я набрасываюсь на ведьмака.
— Ты ему всё рассказал?
Он вздыхает.
— Берди...
— Не вздыхай на меня, Джаспер Прескотт. Тот момент был личным и... —О, Боже, Берди, серьезно? Ты чуть было не сказала «особенным»? Я официально себя ненавижу. Снова погружаясь в защитную ярость, я обрушиваю свой гнев на ведьмака. — Просто... в чем твоя, блядь, проблема, а? Ты не можешь сказать мне, что меня преследует рейф, зато можешь рассказать этому самому рейфу, что вылизал мою киску?
— Он мне не рассказывал! — Схватив меня за плечо, Дайн разворачивает меня к себе. — Берди, ему и не нужно было ничего рассказывать. Я почувствовал правду в ту же секунду, как вернулся к нему. Ты была вся на нем, твой запах пропитал его кожу. Он до сих пор им пахнет. Ты пометила его, объявила своим.
С трудом сдерживаю гримасу.
— Хочешь сказать, ты слышишь на нем мой запах? Типа, как будто он надушился лимитированным парфюмом с ароматом «Берди»?
— Да.
У меня сводит живот от мысли, что мои личные дела теперь можно вот так просто вынюхать. Перевожу взгляд на Джаспера, и мой гнев угасает.
— Прости, я понятия не имела. Я не хотела... метить тебя. Или...
На скуле Джаспера дергается желвак, когда рейф произносит:
— Не надо.
— Чего?
— Не обесценивай это, — предупреждает Дайн. — Не удешевляй то, что вы разделили. Наш ведьмак гордится тем, как хорошо он о тебе позаботился. Носить на себе твой запах — это привилегия, Берди. И более того, это показывает, как он уважает твое стремление к независимости.
— В каком смысле?
Джаспер, разумеется, молчит. Рейф заполняет пробелы.
— На тебе нет его запаха.
— Хватит, Дайн, — наконец произносит ведьмак.
А, вот оно что. Секс был односторонним. Я пометила его, но Джаспер меня не пометил. В свою защиту скажу, что нас прервали Горти и кот. Я была более чем готова продолжать...
Погодите-ка. Джаспер думает, что я хотела остановиться? Думает, что я буду только эгоистично брать, даже не думая о том, чтобы отдавать взамен?
— Боги, как вы это выносите?
Я смотрю на рейфа.
— Что?
В янтарных омутах его глаз клубятся черные тени, когда его голос становится тише.
— Мне не нужно физически поглощать ваши души или даже питаться вашими аурами, чтобы видеть, как вы горите друг к другу. Эта тоска могла бы спалить весь остров. Почему вы оба ей сопротивляетесь? Что это вам дает? Вам нравится страдать?
От его слов меня пробирает дрожь.
— Всё не так просто...
Схватив меня, он грубо разворачивает меня и крепко прижимает спиной к своей груди.
— Посмотри на него, Берди. — Его вторая рука обвивается вокруг моей талии, надежно фиксируя. — Посмотри на нашего ведьмака.
Его хватка — как холодное железо. Непреклонна. Мне не остается ничего другого, как смотреть на Джаспера. Он стоит в двух шагах и наблюдает за нами. Впитывает взглядом каждое движение рук Дайна, то, как его бедра прижимаются к моим, как его пальцы сжимают мою челюсть. О чем он думает? Мне кажется, если бы он хотел это прекратить, то попытался бы отвоевать меня у Дайна. Но вместо этого он просто смотрит.
Думаю, он ждет, оценивает мою реакцию. Потому что темная лошадка здесь я, а не он. Он знает, кто он, и знает, чего хочет. Он знал, что Дайн наблюдал за нами прошлой ночью, и это не помешало ему быть со мной уязвимым, притянуть меня к себе и утешить.