Меня колотило так, что зубы стучали. В глазах стояли слезы от ветра, но я боялась даже моргнуть. И тогда — черное пятно. Мелькнуло справа, скользнуло вдоль дороги. Слишком быстро. Слишком... неестественно.
Я отвела взгляд всего на секунду.
Резкий удар – переднее колесо врезалось в глубокую колею, скрытую тенью. Руль вырвало из рук так резко, что пальцы пронзила острая боль. Байк дернулся влево, подбросило на кочке, и я почувствовала, как теряю равновесие.
Время замедлилось. Я летела вперед.
Удар.
Правым плечом – о твердую землю. Боль пронзила все тело, заставив скрипеть зубами. Перекатилась несколько раз, чувствуя, как:
- Камни впиваются в оголенные участки кожи
- Куртка задирается, обнажая спину
- В волосы впиваются сухие веточки и хвоя
Остановилась на спине, тяжело дыша. В ушах звенело, перед глазами плясали искры. Байк лежал в пяти метрах, фара мигала, освещая клубы пыли. Я попыталась подняться — тело горело. И тогда услышала.
Шаги.
Медленные.
Тяжелые.
Что-то приближалось из темноты, издавая животное рычание. Воздух вокруг наполнился звериным смрадом - смесью мокрой шерсти и крови. Я застыла, прижавшись к земле, каждый мускул скован ледяным страхом.
Передо мной встал огромный угольно черный зверь. Слишком крупный. Слишком... неправильный. Его глаза - два огромных, неестественно голубых пятна, светящихся в темноте, как фосфор. Зрачки вертикальные, как у кошки, но больше, длиннее. Они не моргали, не отводили взгляд, гипнотизируя меня. Из приоткрытой пасти капала слюна - густая, тягучая, с розоватым оттенком. Каждая капля, падая на землю, издавала тихое "плюх".
Существо напряглось, его мускулы вздыбились под темной шерстью, задние лапы с когтями впились в землю, готовясь к смертельному прыжку. Я вжалась в землю, чувствуя, как сердце вот-вот разорвется от ужаса.
Я зажмурилась, ожидая конца. Ну, вот и все...
Но вместо боли услышала... оглушительный рёв, от которого задрожала земля.
Я распахнула глаза и увидела невероятное:
Из чащи, как пушечное ядро, вылетел второй зверь - ещё крупнее, его белоснежная шерсть переливалась лунным светом, как свежевыпавший снег в полнолуние. Он врезался в первого в воздухе, их тела столкнулись со страшным хрустом. Я застыла, не в силах отвести взгляд от этой смертельной схватки. В каждом движении белого зверя угадывалось что-то... невероятно знакомое. Как будто я должна была знать, кто это. Как будто я ДЕЙСТВИТЕЛЬНО знала.
Я застыла, чувствуя, как сердце колотится в такт этой дикой схватке.
И вдруг — еще движение. Из темноты выскочили двое других.
Они были меньше, но быстрее — их шкура цвета грязной земли сливалась с тенями. Они набросились на белого зверя сверху, как гиены на льва.
— Первый вцепился ему в загривок, тряся головой, рвя шкуру.
— Второй атаковал сбоку, — самое уязвимое место.
Белый зверь взревел — не от боли, а от ярости. Он рванулся вперед, сбрасывая одного, но второй уже успел вонзить клыки ему в бок.
Кровь. Алая, почти черная в лунном свете, брызнула на траву.
И тогда я поняла.
Этот белый зверь — защищал меня.
И сейчас он проигрывает.
— "А-а-а-а-а!"- мой собственный крик оглушает меня.
Они катались по земле, рыча, как демоны:
- Белые клыки, блестящие в лунном свете
- Клочья шерсти, летящие вокруг
- Брызги слюны и крови
Я не понимала, что происходит. Но инстинкт кричал одно:
Беги!
Перекатившись на бок, я вскочила на ноги, игнорируя жгучую боль. Каждый вдох обжигал лёгкие, но я бежала, спотыкаясь о выступающие корни, которые будто специально цеплялись за мои ноги. Ветки хлестали по лицу, оставляя на коже тонкие, горячие полосы. Сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Я не оглядывалась, но знала — они где-то позади.
И вдруг — провал. Нога зацепилась за очередной корень, и я полетела вперёд, беспомощно раскинув руки.
Обрыв.
Я успела увидеть:
- Темную воду, блестящую внизу, как разлитая чернильная лужа.
- Камни, торчащие из берега, острые и неровные.
- Свои руки, мелькнувшие перед лицом, будто пытающиеся схватить пустоту.
Последние секунды перед ударом растянулись в вечность.
Я успела подумать: "Это конец".
А потом — Удар.
Ледяная вода сомкнулась над головой, вырвав из легких последний воздух. Тело пронзила боль — то ли от удара о поверхность, то ли от острых камней, скользнувших вдоль спины.
Тьма сомкнулась надо мной, затягивая в свою бездонную пучину, и я, беспомощная, погружалась все глубже в этот безмолвный омут, где время теряло смысл, а пространство растворялось в черной пустоте.