Руки находили стрыг одну за другой. При такой роковой для чудовищ встрече в сознании вспыхивали какие-то непонятные образы, а следом в живот поступала новая порция жара, расходившаяся потом по всему телу, а ещё здесь были крысы. Их было огромное множество, и каждая из них несла крупинку энергии, каждая из которых поступила в моё солнечное сплетение для дальнейшего распределения. Ну вот, теперь я могу пойти работать крысоловом.
От последней мысли я лишь нервно хохотнул, поражаясь собственной выдержке. По идее, мне бы сейчас в истерику удариться, может плакать, а может и смеяться, как недавно было. Но вот он я, герой нашего времени, ещё вчера диванный воин и критик, стою в вонючем подвале и устраиваю геноцид локального масштаба крысам и монстрам из сказок. Кто бы мог подумать? Наверное, я остался в больнице и лежу сейчас в коме, а это всё дурной и долгий сон.
Глава 3. Гости из других реальностей
Стрыги кончились достаточно быстро. Не прошло и десятка минут, как мои прожорливые конечности перестали находить тварей и довольствовались лишь одними крысами. Я не стал препятствовать, хотя оставалась опасность перенасыщения и неизвестные последствия, но мне было откровенно страшно. В голове так и роились липкие мысли о том, что моя неизученная и почти неконтролируемая способность вполне могла упустить какую-то тварь. Они ведь как животные, должны чувствовать опасность, и вполне возможно, одна, а то и несколько могли где-то притаиться и ждать.
Тело при этом било мелкой дрожью так же, как при лихорадке, а разум пытался найти хоть какой-то выход. Собственно, за меня сделал выбор собственный организм. Ноги сами подогнулись, будто из них кости вынули, а мир вокруг дрогнул и закружился в неудержимом стремлении.
«Снова? Серьёзно?» — вялое возмущение перед погружением во тьму.
На следующий день. Ангар Магического щита.
— Максим погиб! Он был самым опытным и сильным из нас! А этот сопляк! — В горячке женщина даже пнула дверь, проделав в добротном дереве дыру, пустившую по всей поверхности трещины.
Собственно, все находились в неописуемом шоке от «ознакомительной миссии» новичка. Там не должно было быть никого опаснее стандартного упыря, недалеко ушедшего от медлительных зомби. Никто не мог предположить, что там окажутся полноценные стрыги и уж тем более такое запредельное количество.
— Алекс выжил, потому что освоил Магический Навык. Он, в отличие от вас всех, является магом, — обвёл присутствующих большими глазами Марти, и в них окружающие обнаружили лишь полное отсутствие интереса. Существо, которое вытащило каждого из них с того света или даже из менее привлекательных мест, изучало полное равнодушие к своим протеже.
— Хотите сказать, его жизнь важнее жизни Максима? — окрысилась женщина.
Мохнатый пришелец и бровью не повёл.
— Они были в равных условиях, — он на секунду умолк, формулируя более точно свою мысль, — даже так, у Максима, с его силой и опытом, было столько же шансов выжить, как у человека, познавшего первую ступень магического мастерства.
Теперь уже не сдержалась Лена, встав на защиту Алекса:
— Всё, чему вы его обучили, — это умирать от изнеможения на тренировках! О каких шансах вообще идёт речь?
И вновь существо без тени эмоций ответило:
— Всё просто. Я подготовил его тело и разум, вытеснив из них лишнее и наносное. Всё, что ему требовалось — инстинктивно воспользоваться силой. Если бы у него не вышло, то игра бы не стоила свеч изначально, и я впустую потратил время и силы.
В воздухе повисла осязаемая тишина. Все понимали, что Марти — это не весёлый и добрый магический зверь, призванный защищать Город, а тот, кто ищет Таланты и не особо заботится о людях. Даже этот магический закон, который был выдан каждому в группе, был весьма лаконичен, создавая впечатление, что его писали просто для отписки, а не рольного применения. Ну и Марти никогда не говорил им о своей настоящей цели, но этого и не нужно было. Всё понятно стало со смертью Максима и отношением к новичку. Даже Алина, которая всё ещё винила Алекса, понимала, что истинный виновник — совсем не зелёный новичок, отправленный в логово монстров.
— Марти, — внезапно, даже для самого себя, взял слово Никита, смешливый и лёгкий парень по жизни, — зачем мы вам?
Существо медленно повернулось в воздухе к нему и всё столь же ровно ответило: