— Доброе утро! — очень бодро и радостно, до скрежета зубов, изрёк Марти. — Твоё тело достигло предела, и сейчас можно будет открыть первые врата.
Сил у меня на слова просто не было. Каждая клетка в теле болела, каждая мышца была уставшей настолько, что даже на мимику не хватало энтузиазма.
— Вижу, что ты рад концу тренировок. Хорошо, — улыбнулся своей чеширской улыбкой Марти, впрочем, не вызвав никакой реакции у меня. — Садись в позу лотоса, будем магию творить. Точнее, ты будешь, а я — подсказывать.
Я механически выполнил требуемое и приготовился слушать ценные указания.
— В районе солнечного сплетения у человека находится источник энергии. Это касается не только магов, но и обычных людей. У всех есть энергия, но далеко не все способны её направлять. Помимо того что её нужно уметь использовать, нужно так же развивать проводящие каналы, но это мы разберём позже, — Марти включил лекторский тон и расхаживал, важно перебирая лапками по воздуху передо мной. Это было бы забавно, если бы на это были силы. — В нашем же случае твоё полное истощение привело к раскрытию всех закупоренных каналов. То есть, когда ты активируешь энергию в солнечном сплетении, то сила беспрепятственно разойдётся по телу, не причинив вреда.
— Осталось понять, что это за сила такая и как её можно ощутить, — безжизненным голосом сказал я.
— И направить, — издевательски закивал головой Марти.
— И направить, — послушно повторил я, всё так же механически.
— Скажу честно, тебе не понравится, — сказал Марти, и в его лапке появилась острая, длинная и очень жуткая игла.
— Акупунктура? — апатично спросил я.
— Она родимая! — ещё шире улыбнулся он, разрезав свою морду напополам, и в следующую секунду я почувствовал в районе солнечного сплетения жуткую боль, а на ухо быстро зашептали:
— Чувствуешь, кроме боли, ещё что-то? Говори быстро.
— Да, какой-то жар, — прохрипел я.
— Этот жар и есть ТВОЯ энергия. Она сейчас утекает из тебя, как воздух из проткнутого колеса. Не дай ей этого сделать. Не просто задержи отток, а верни всё, что вытекло! Быстрее, иначе умрёшь!
Я искренне хотел бы возмутиться такому наплевательскому отношению к моей ценной жизни, но ни сил, ни желания, ни смысла не видел. Всё, чего мне хотелось сейчас, — перестать чувствовать себя так, словно в следующее мгновение отдам концы. И я снова послушно выполнил указание Марти и представил, как будто хватаю жар рукой и затыкаю брешь. Более того, второй рукой хватаю золотую нить, которая вывалилась из моего солнечного сплетения и конец которой развеивался в воздухе. Я так чётко увидел эту плетёную нить, как будто она была не эфемерной галлюцинацией моего уставшего и, скорее всего, больного воображения, а совершенно материальной. А потому потянулся к ней не воображаемой рукой, а уже реальной, и ухватил. На пальцах почувствовал жёсткую ткань, которая была раскалена до предела, но, что удивительно, не обжигала. Я сидел, прижавшись к стене, и с невероятным восторгом взирал на это сокровище.
— Это моя душа? Она золотая? — с какой-то детской непосредственностью спросил я.
— Быстрее! — прошипели мне в ответ. — Ты сейчас тут сдохнешь, если ещё промедлишь и не засунешь её обратно.
Я слышал, но не слушал, а лишь с невероятной теплотой взирал на свою душу. Вдруг мне подумалось, что нить слишком короткая, её требуется удлинить. Но как? Я огляделся вокруг и заметил золотую пыль, висящую в воздухе. Я вновь перевёл взгляд на нить и пожелал. Ничего большего не потребовалось. Вязаная нить начала расти и обвивать мою руку до тех пор, пока золотой пыли не осталось в воздухе.
— Молодец, теперь засовывай обратно, — послышалось у самого уха, и в этот раз слова дошли до адресата, но не в полной мере. Ибо мне показалось недостаточной длина того, что было сейчас. Моя душа должна быть намного больше. Но золотой пыли больше не было, тогда что… и тут на самой грани видимости мне почудилась другая пыль — серебряная, с отблеском синевы. Я потянулся волей к ней и заставил душу вновь увеличиваться. И верёвочка, тонкая, не толще проводка от зарядки телефона, начала вновь расти, но при этом цвет начал меняться.
— Ты что творишь? Ты же лопнешь от чужой энергии! Ты хочешь получить инсульт? Ты псих? — голос Марти продолжал жужжать у самого уха, сыпля предупреждения и непонятные угрозы, а я всё наращивал длину, не останавливаясь ни на секунду.
— Да ты сломаешься от этого!!! — на этот раз это уже не было шепотом, а скорее криком, и кое-что всё-таки дошло до моего замутнённого сознания.
— Верно, это ведь не верёвка на самом деле, а дерево, — повернул я голову к Марти, и тот отшатнулся, как от прокажённого.