Я застонал, и она всхлипнула, мы оба позабыли, где находимся. Я представлял, какая она на вкус, как ее губы будут ощущаться на моих, но фантазия была ничем по сравнению с реальностью.
Черт, она ощущалась так хорошо, и я ни разу в жизни не пробовал ничего слаще.
Я сжал ее нижнюю губу и нежно пососал ее, вжавшись своими бедрами в нее, показывая тем самым, что она делала со мной.
— Прекрати бороться со мной, — прошептал я, прежде чем поцеловать ее подбородок. — Я хочу этого, мне это нужно. Пожалуйста, не отрицай, что и тебе это тоже нужно.
— Все не так просто. — Ее голос был пронизан желанием, хриплый шепот сильно отличался от того, как она сопротивлялась несколько мгновений назад. — Не буду лгать и говорить, что ты меня не привлекаешь. Но я просто... — она опустила голову, сжав губы, забирая у меня возможность тем самым отвлечь ее.
Спустя мгновение она покачала головой, словно собираясь с мыслями. Она прижала руку к моей груди, заставляя меня отступить.
Я терял ее.
— В моей жизни нет места отношениям, — сказала она, выпрямившись и разглаживая свою блузку, избавляясь от всех признаков того, что я прижимал ее к стене всего несколько секунд назад. — И я не та девушка, которую ты хочешь. Я для тебя просто вызов, и как только ты добьешься своего, двинешься дальше. Я не могу позволить себе стать еще одной в списке твоих многочисленных женщин.
Она так быстро прошла мимо меня, что я не смог ее остановить.
А потом она исчезла.
Я подождал около туалета, пока не успокоился, чтобы вернуться к Нине. Последнее, что я хотел, это вернуться к нашему столику, но я должен был расплатиться по счету.
Когда я вышел из коридора, то взглянул на столик Лекса и Киры и обнаружил, что теперь он был пуст. В панике я начал осматривать помещение, и, не найдя их, полез в свой пиджак, чтобы достать телефон. Я набрал сообщение, нажал «Отправить» и крепко сжал телефон в руке.
Я: Где ты?
Несколько минут спустя Лекс ответил, к тому времени я уже едва держал себя в руках.
Лекс: В такси по дороге к Кире. Не знаю, что ты сделал с ней в том коридоре, но она вышла и настояла, чтобы мы немедленно уехали. Ты знаешь, насколько требовательной она может быть.
Пока я читал первое сообщение, пришло другое.
Лекс: Хотел убедиться, что она добралась домой в безопасности.
Я: Где находится ее дом?
Должно быть, я был похож на сумасшедшего, стоя в конце коридора и пристально глядя в телефон. В тот момент он был для меня, как спасательный круг.
Лекс ?
Я: Ты не единственный источник информации. Я могу выяснить его одним телефонным звонком, просто было бы проще, если бы ты сейчас сказал мне.
Все, что было нужно сделать, это позвонить одному из моих братьев: Ноксу или Беккету. У них у обоих имелась возможность порыться в своих компьютерах и сообщить мне, где она жила. Это было одним из преимуществ, что один брат был частным детективом, а другой – следователем. Лекс: Хорошо! Уолтон-авеню.
Он настрочил номер дома и квартиры, сопровождая это потоком неприятных комментариев о том, что я злоупотреблял своей властью и так далее.
Мне было плевать. Он это переживет.
Мне нужна было, чтобы Кира поняла, что она необходима мне не для быстрого перепихона, который я забуду на утро.
Впервые в жизни я хотел большего.
После того, как я проводил не очень счастливую Нину до такси и оплатил ее проезд домой, я подошел к ожидавшему меня Мерседесу и назвал Мюррею, моему водителю, адрес Киры. Мое тело гудело от неконтролируемой потребности положить конец этой игре в кошки-мышки.
Я хотел Киру, и я знал, что и она хотела меня. Пришло время ей отбросить все то дерьмо, что останавливало ее.
Глава 17
Кинсли
— Ты уверена, что не хочешь, чтобы я тебя проводил? — спросил Лекс, когда я выбиралась из такси.
— Нет, — сказала я, оглядываясь на него через плечо. — Я в порядке. Просто устала.
Я могла предположить, что он догадывался, что я врала, но не стал давить. Он, напротив, помахал мне, когда я закрыла дверь машины и вошла в здание. Было тихо, что дало мне время спокойно поразмышлять, когда я вошла в лифт и нажала кнопку шестого этажа.
Мои губы все еще саднили от прикосновений щетины Эштона. Эта колючая, двухдневная небритость ощущалась еще более потрясающей, чем я себе представляла. И пыл нашего поцелуя заставил меня гадать, как эта шершавость будет чувствоваться на других частях моего тела.