— И что же хочет перевезти господин О'Зул?
Парень молча вынул из кармана своей рубашки расцветки "вырви глаз" блокнот с отрывными листками, быстро черкнул по нему стилосом, оторвал страницу и подал собеседнику. Борат недовольно надул губы, но листик взял. И понял, что жизнь на этой неделе точно удалась: на флимси было написано "Спайс, 50 кг. 10 000 датари". Да за десять косых он был готов к ситху на рога слетать, не то что шнырять взад-вперёд по насквозь известному маршруту!
— Вы нашли такого перевозчика, — толстая ладонь тви'лекка скомкала листочек. Положив комок в пепельницу, Борат поджёг его, дождался, пока останется один пепел, а затем выложил на стол свой комлинк.
— Я сейчас скину координаты, куда доставить груз. Дайте мне свой номер, господин Чух… Чах…
— Для Вас — просто Манди, — лучезарно улыбнулся клиент.
— Ну что? — жадно поинтересовался сержант, когда Блайз ввалился в их номер.
— Купился, — Блайз содрал парик, швырнул его на диван, поймал бутылку минералки, брошенную ему Таки, и присосался к горлышку.
— Уф, ну и жара, — выдохнул он, напившись. — Координаты встречи, — комлинк с данными полетел к Чимбику.
Тот поймал аппарат, посмотрел на экран и вывел на терминале карту окрестностей.
— Полста кликов, — отметил он точку. — Когда встреча?
— Через восемь часов, — ответил Блайз, глянув на хронометр.
— Тогда пора выдвигаться, — Чимбик встал и вышел за рюкзаком. — Особо не рассиживайся.
— Сэр, да, сэр! — дурашливо проорал Блайз и рухнул на диван рядом с Таки.
Сержант удивлённо глянул на него, но промолчал. Вообще с утра Блайз вёл себя совершенно иначе, чем вчера, став из озлобленного влюблённого самим собой. Это одновременно радовало и настораживало Чимбика: радовало потому, что брат снова был с ним, а настораживало потому, что сержант боялся, что эта вот жизнерадостность для отвода глаз. Просто чтобы он, Чимбик, расслабился, и когда сестры будут с ними — Блайз выкинет очередной фортель.
Сержант прикрыл за собой дверь, уселся на кровать и тупо уставился на рюкзак с бронёй. Вынул шлем, повернул лицевой частью к себе и посмотрел на своё искажённое отражение в визоре. Что со мной? — подумал он. — Почему я задаю вопросы, которые никогда раньше не волновали меня? Почему я сомневаюсь во всём? Почему я перестал доверять даже собственному брату?. Шлем молча и бесстрастно взирал на своего хозяина чёрными линзами ВИДа, и Чимбику почудилось промелькнувшее в них презрение. Презрение к слабости. Сержант вздохнул, загнал подальше все ненужные мысли, бережно уложил шлем обратно, застегнул рюкзак, обул сандалии, вскинул рюкзак на плечо и крикнул:
— Я готов!
К ситху всё. Все сомнения, мысли, страхи. Есть дело, и его нужно делать. А дальше — будь что будет.
Фелуция. Здание управления контрразведки
Двое суток бесплодных поисков утомили всю группу, а проклятые девки и их ручные убийцы словно в воду канули. Вдобавок Нэйва порядком взбесила неудачная попытка подкупа, заставившая его потратить изрядную часть своего и Карла времени на поиски таинственного благодетеля полковника Ибрама, благо Монт полностью поддержал в этом стремлении своего молодого коллегу.
— Ну ни хрена себе, — протянул он, с недобрым прищуром глядя в окно. — Я таких дерьмецов в Республике ещё навидался, а тут вон оно что — и у нас деятели завелись. Ну всё, звезда вомпе — отпищалась, — капитан взял свой служебный комлинк и вышел из комнаты, бросив на ходу:
— Подними личное дело этого Ибраши, а я пока брякну кое-кому из знакомых…
Прошло ещё двое суток. И если в направлении поисков республиканских шпионов дело не сдвинулось с мёртвой точки, то в отношении установления личности благодетеля полковника Ибрама были получены кое-какие результаты. И результаты эти весьма не понравились контрразведчикам.
Оказалось, что бравый полковник водил тесную дружбу с одним из помощников члена Совета Сепаратистов от Банковского клана — Чезаро Пьютом, что весьма благотворно сказалось на его карьере. С началом войны Банковский Клан получил немалое влияние, и Пьют поспособствовал продвижению своего протеже вверх по карьерной лестнице. И хоть через него Ибрам водил знакомство с немалым числом влиятельных людей, Нэйв подозревал, что именно Чезаро так живо интересовался Лорэй.
Увы, подозрения к делу не пришьёшь, как и дружбу с влиятельными особами, и контрразведчики вынуждены были на время забыть о наглом полковнике, полностью сосредоточившись на поимке Лорэй. Что-то подсказывало, что именно они смогут ответить на многие вопросы, в том числе и о Пьюте.