Ричард услышал, как прозвучала команда, как радостно воскликнули его товарищи, как загремели бросаемые мушкеты. Издалека его окликнул голос Кейт. Левая щека горела, галстук пропитался кровью. Все вокруг закружилось и приняло причудливые фантастические очертания.
Бренди, столько было бренди, но сейчас, когда оно так необходимо, его нет ни капли! Но уже можно не бороться с грозившей поглотить темнотой. Дело сделано. И пролилась только его собственная кровь. И Кейт свободна! Кейт…
Ричард с усилием выпрямился, спешился и отвел лошадь на обочину дороги, чтобы дать пройти удалявшемуся отряду волонтеров. Ночь воплотилась для него в топот шагов и пульсирующую боль в раненой щеке.
В ухо ему громыхнул бас Джесса:
— Она здесь, мистер Кэррил.
Кейт упала в его объятия и прижалась головой к его плечу. И проговорила прерывающимся шепотом:
— Ох, Ричард, как мне было страшно. Я ведь решила, что ты бросил меня…
Он прижал ее к себе, чувствуя, как она дрожит и какие ледяные у нее руки.
— Этого никогда не случится. Клянусь тебе.
Она внезапно отпрянула от него и уставилась на свои окровавленные пальцы.
— Ричард, ты ранен? О господи!
— Это пустяк. Послушай меня, Кейт…
Но тут через ее плечо он увидел картину, которая заставила его замолчать. Двое мужчин опускали на траву Джеми. Тело баронета по-прежнему безжизненно висело поперек седла.
Кейт осторожно повернула ему голову, чтобы луна осветила щеку, и он услышал, как она втянула в себя воздух. Он нетерпеливо высвободился из ее рук.
— Это всего лишь царапина. Сейчас нет времени ею заниматься. Это еще не конец. Но главное — что с тобой? Сайлас сказал, что ты ранена.
— Просто ушибла ногу. Ничего серьезного. Но ты, ты потерял много крови. Я должна…
Он отстранил ее.
— Оставь как есть. Опасность еще не миновала. У нас на руках контрабандный товар и… мертвое тело.
Из темноты прозвучал хриплый, прерывистый голос Джеми:
— Я не хотел его убивать, сэр. Но он шел с пистолетом прямо к мисс Хардэм. Я хотел лишь помешать ему. — Он громко всхлипнул. — Я слышал, Вилли рассказывал, как скрипит виселица. Вы ведь не позволите, чтобы меня повесили, сэр?
— Но ведь мы как раз спасли вас. Кейт, позаботься о мальчике, а я должен подумать…
Кейт хотела что-то возразить, но он отвернулся и отошел на несколько шагов, чтобы в одиночестве обдумать предстоящие действия. Через некоторое время он оглянулся. Кейт сидела на траве, обнимая Джеми за плечи, а рядом с ними высилась огромная фигура Джесса. Ричарду всем сердцем хотелось обнять ее и сказать ей о своей любви. Но сперва он должен позаботиться о ее безопасности. В ближайшее время волонтеры ему не страшны. Но потом начнется разбирательство, и потому необходимо уничтожить все следы происшедшего сегодняшней ночью.
Постепенно, пока люди нетерпеливо ждали, когда их предводитель кончит размышлять, в его голове сформировался план. Тогда он сел на лошадь и повел молчаливую кавалькаду по направлению к заливу. Кейт сидела спереди, прислонившись к нему, молчаливая и умиротворенная, ощущая силу поддерживавших ее рук и решимость, исходившую от его высоко поднятого подбородка. У дороги, ведущей в деревню, он передал Кейт на попечение Сайласа и велел пастуху отвести ее вместе с Джеми к ней домой.
Многолетняя привычка заставила было ее снова возразить.
— Но Ричард, я не хочу…
— Ты сделаешь, как я сказал, — спокойно проговорил он. — Да, ты сегодня спасла нас, но больше ты не будешь принимать участия в мужских делах.
Ей хотелось спросить, что он собирается делать дальше, убедиться, что он не упустил какой-нибудь незначительной детали, способной их погубить. Но она закусила губы, чтобы с них не сорвались дальнейшие вопросы и предостережения. Абсолютно женским жестом она коснулась его руки:
— Ты… ты вернешься ко мне, Ричард?
Он приложил палец к губам.
— Я вернусь. Только смерть не даст мне исполнить это обещание.
Ночь по-прежнему была на стороне контрабандистов. Густые черные облака затянули восточный край неба, предвещая дождь. Ни один предательский лунный луч не осветил молчаливых мужчин, которые быстро и слаженно исполняли приказы Ричарда.
Деревенскому плотнику было поручено сжечь костыль Джеми и назавтра сделать для него новый. Мэтью он приказал отмыть пятна крови с лошади сэра Генри, оборвать стремя, положить пистолет сквайра обратно в кобуру и сдвинуть седло набок. Потом конюх шлепнул лошадь по крупу, и она понеслась галопом по дороге в сторону деревни. Стремя бросили на берегу, а в нескольких шагах от него в камышах положили смятую, запятнанную кровью треуголку.