— Всем это нужно. Просто не выбирай занятого мужика. В отделе полно свободных.
Это прозвучало как-то до безобразия дико. Сашка даже отшатнулась от Лекса. Несмотря на его явно благие намерения, стоило обозначить свою позицию.
— Мне не нужен никакой мужик, — проговорила она твердо. — Я не осуждаю, но это не мое, понимаешь?
— Не понимаю, — хмыкнул Лекс. — И это неправда.
От такой откровенной наглости Сашка совершенно растерялась. Похоже, добродушие и услужливость Лекса заканчивались, стоило ему снять фартук бариста.
«Тоже мне — детектив, — с раздражением пронеслось в голове. — Если ты почти в родстве с лучшим дознавателем, это не говорит о том, что и ты такой же проницательный!»
Сашка тут же испугалась своих столь ядовитых мыслей. Обычно она так себя не вела даже сама с собой, считая, что любые негативные вибрации — зло, и нужно его избегать, а не множить. Но Лекс своими комментариями, возможно, сам того не понимая, задел внутри нее что-то особенно болезненное.
«Это все из-за Кречета! Теперь я всегда буду той, кого приняли за шалаву!»
От этого воспоминания тут же стало жарко и стыдно. Сашка покраснела, обхватила себя руками за плечи, пытаясь успокоиться.
— Ладно, — Лекс, наблюдая ее мучения, покачал головой, — как хочешь. Но здесь с этим все в порядке.
— Я не эта… не эти… — Сашка вконец запуталась. — Короче, нет.
— Хорошо.
К кофейне подошли первые посетители, и Лекс поспешил заняться ими, наконец оставив Сашку в покое. Та снова уставилась на торчащие из-под короткого подола ноги в светлых летних бриджах — стройные, но в общем не какие-то исключительные.
«Этого должно хватить», — решительно кивнула он и пошла на работу.
***
Очевидно, Лекс обладал каким-то особенно зорким взглядом, потому что новый Сашкин образ заметили все. Если до этого дня ее присутствие никого не тревожило и уж точно не отвлекало от работы, то сегодня дела встали.
Каждый полицейский посчитал себя обязанным прокомментировать халат, сообщить, что Сашке он очень идет (гораздо лучше того старого и страшного!), и что теперь хоть видно, какая она на самом деле молоденькая и миленькая, отпустить пару вроде бы безобидных шуток и несколько намеков на грани. Все это внезапное внимание смущало Сашку до дрожи в поджилках. Она отвечала односложно, нервно улыбалась, кивала и отмахивалась. Ей в жизни не говорили столько комплиментов (хотя некоторые из них она сама сочла бы сомнительными), и она никогда прежде не чувствовала себя в центре всеобщего интереса. Пусть это и длилось каких-то полчаса.
Набирая воду в туалете, она снова оглядела себя. Пожалуй, окружающие не врали: что-то в этом было. Ярко-бирюзовый халатик будто бы подчеркивал ее саму: лицо стало выразительнее, глаза — ярче, а сама Сашка — интереснее. Не то чтобы этот образ подходил для повседневного ношения — в нем и правда присутствовала какая-то легкая игривость, но смотрелось неплохо.
«Для работы уборщицы игривость ни к чему!» — осадила себя Сашка.
К тому же в самой Сашке никакой игривости не было. Она не умела флиртовать, более того, вся эта область, где присутствовали соблазнение, намеки и обещания, ее пугала. А с другой стороны, она отчаянно хотела немного измениться — продвинуться хоть чуть-чуть в сторону таких, как Лекс и его пока не знакомая Сашке близняшка. Почему-то Саша не сомневалась, что эта девица ничуть не уступает брату.
«Может быть, халатик поможет?» — улыбнулась она своему новому отражению.
***
В новом халатике работалось хорошо. Сашка оценила не только внешнюю красоту, но и удобство. Теперь она очень ловко забиралась на стулья, чтобы протереть верхние полки, так же легко наклонялась, когда работала внизу, и в целом чувствовала себя свободнее в движениях. А мысли о том, что она к тому же выглядит привлекательно и даже стильно, добавляли оптимизма.
В какой-то момент она даже начала напевать себе под нос шлягер этого лета. Слова были дурацкими, но мелодия — простой и привязчивой. Сашка, задумавшись, принялась ее развивать во что-то более сложное и интересное: к трем тактам припева добавился еще один, плавно перетекающий в начало куплета (уже совсем другого, нежели она слышала по радио), гитарное соло, мощные барабаны… В Сашкином воображении мелодию исполняла крутая группа, а фронтмен лирическим голосом пел о чем-то очень важном и особенном, только слов Сашка еще не знала.