— Я вас видел трижды!
— Это ничего не значит, мы вовсе не…
— Погоди…
Чимикин неожиданно подался вперед. Бойко, который явно хотел продолжить свои нападки, тут же отпрянул.
— Что ты сказала сейчас?
Сашка чувствовала, как взгляд капитана Чимикина будто лазером проходится по ней, что-то выискивая где-то в глубине, под одеждой и кожей — в самых спрятанных мыслях.
— Я сказала, что не знаю майора Кречета. У нас с ним ничего нет, — Сашка подняла на Чимикина полные слез глаза.
Еще немного, и она точно расклеится, сил выносить все это уже не было. Чимикин продолжал буравить ее взглядом. Бойко молчал. Первая слеза медленно выкатилась из глаза и горячей, разъедающей кожу тропинкой побежала по щеке к крылу носа. Саня сглотнула.
— Почему ты говоришь, что…
Закончить мысль Чимикину не дали. В комнату ворвался Кречет, судя по всему, пинком выбив дверь.
— Какого хуя здесь происходит?!
От его крика, казалось, задрожали стены. Сама не понимая почему, Сашка облегченно выдохнула. Будто бы присутствие Кречета могло чем-то помочь ей в этой жуткой ситуации. Скорее уж, тот может усугубить ее до предела.
— Мы просто беседуем, — Бойко улыбнулся всеми своими голливудскими зубами.
— Вижу, — Кречет пронзил взглядом Саню. — Почему тогда она в соплях и ревет?
— Я не реву!
Почему-то сохранить лицо сейчас казалось очень важным. Сашка всегда была немножечко плаксивой, и с возрастом это не сильно изменилось, но пришло понимание, что плакать на публике, когда тебе двадцать — уже немного странно. Она быстро вытерла лицо и сжала губы, пытаясь придать себе вид уверенный и дерзкий.
— Вон, как ее перекосило! — Кречет воспринял это по-своему. — Вы хотите, чтоб она у вас тут окочурилась на хер?!
— Мы просто говорили, — Чимикин попытался сгладить ситуацию.
— О чем?!
— О неуставных отношениях! — брякнул Бойко.
Санечка затряслась от ужаса и стыда и начала медленно съезжать по стулу вниз. Если теперь эти трое будут обсуждать с ней это… Она умрет, просто умрет прямо здесь!
— Ты охренел?! — Кречет взорвался. — Вы оба — охуели?! Вы хоть знаете, что бывает…
— Вышло недопонимание! — Чимикин выставил руки вперед, как бы призывая к миру. — Давайте не будем драматизировать. У всех нервы ни к черту. Она, — он кивнул на Сашку, — просто попала под горячую руку капитана Бойко, — Бойко на это вытаращил глаза, — но мы уже со всем разобрались.
— Неужели? — Бойко вскинул брови.
— Ну да, — Чимикин нарочито беспечно пожал плечами, — у нас возникли подозрения насчет Александры, но мы их уже развеяли.
— Какие еще подозрения? — Кречет сузил глаза.
— Что она немножечко крот, — Бойко скрестил руки на груди. — Но как удачно, что у нас служит очень талантливый дознаватель. Не правда ли, Василий Алексеевич?
«Василий!» — Саша поняла, что до этого момента не знала даже, какое у Кречета имя.
Казалось, он просто Кречет или майор. Будто бы таких людей не могут звать как-то по-человечески, простым именем вроде Васи. Как тот же Бойко был капитаном — и все.
Сашка наблюдала эту пикировку со смесью страха и непонятного воодушевления. Эти мужчины — уверенные в себе, смелые, решительные — будили в ней целую бурю эмоций: от ужаса до восхищения. Хотелось одновременно немедленно убежать отсюда — такими опасными казались полицейские, и наоборот, оставаться здесь подольше, потому что смотреть на них было так захватывающе!
— Крот, говоришь? — Кречет недоверчиво глянул на капитанов. — Она?
Бойко пожал плечами. Майор явно не верил в такую версию. Он прошелся по комнате, встал неожиданно за спиной у Сашки, опустил тяжелые ладони ей на плечи.
— Я, конечно, наслышан о героическом тандеме Бойко–Чимикин, — произнес он источающим яд голосом, — но до такого маразма не доходили даже лучшие из нас. Если это крот, то я — Волочкова!
— Крот не должен быть похож на крота, не так ли? — Бойко дернул бровью.
— А я — на балерину!
Кречет, не церемонясь, сжал плечи Саше, будто та собиралась сбежать.
— Нечего мне тут разводить пыточную! — рявкнул он, не убирая рук. — Устроили, блядь, хер знает что!
Если говорить честно, то пыточную устраивал Кречет — своими громогласными репликами над ухом и железными пальцами, которые грозили оставить синяки на Сашкиных плечах. Терпеть эту боль было сложно, но зато так Сашка отвлекалась от своих психологических проблем — думать о стыде, когда в тебя врезается сразу десять стальных гвоздей, не получалось.
— Возвращайтесь к работе! — рыкнул Кречет, напоследок сжав плечи Саши еще сильнее. — Или все маньяки уже найдены?!