«Он ведь сейчас поедет работать дальше до самой ночи!» — ужаснулась она.
Майор уже было открыл рот, чтобы то ли попрощаться, то ли поговорить о вчерашнем, как Сашка его перебила:
— А давайте поедим!
Она буквально выкрикнула свою предложение. Звонкий голос отразился от стен двора и вернулся обратно. Кречет странно дернул плечом, будто его что-то напугало в этой фразе.
— Я ужин приготовлю быстро-быстро, — затараторила Сашка, потрясая пакетом с продуктами. — Горячий. Вкусный. Ничего такого, можно молча поесть — и все. Просто так.
В глазах у Кречета мелькнуло что-то неопределяемое. Но тут он кивнул, забрал у Сашки пакет и первый пошел в сторону подъезда.
— Идем домой, — шепнула обрадованная Сашка уставшей ждать собаке. — Ура!
***
Сашка старалась выполнить свое обещание. Она орудовала на кухне быстро и со знанием дела. Хотя бы здесь фантазии пригодились: она знала, чем хочет порадовать майора после тяжелого трудового дня.
На сковороде весело стрекотали лук с мясом, когда Кречет зашел в кухню.
— Твоя?
В его руках была гитара, у ног толклась собака. Сашка неопределенно пожала плечами. Вряд ли удалось бы впечатлить майора своим скромным музыкальным дарованием.
— Играешь? — повторил тот свой вопрос иначе.
— Немного, — вынужденно отозвалась Сашка. — Пишу… иногда.
Кречет окинул ее внимательным взглядом, от которого по спине между лопаток пробежали мурашки, кивнул и скрылся в комнате. Сашка услышала несколько негромких аккордов и следом перебор.
«Он играет!»
Такое открытие требовало немедленного осмысления, но ужин не ждал. Сашка углубилась в готовку, постоянно прислушиваясь. Кречет наигрывал что-то знакомое. Узнать мелодию не удавалось: через коридор доходили не все звуки, к тому же у Сашки на сковороде все шкворчало и шипело.
«Потом спрошу его, что за песня», — решила Саша, улыбаясь.
Она поймала себя на том, что происходящее сейчас очень похоже на тот образ, который она рисовала в своем воображении не так давно: вечер, ужин, совместный уют. Будто бы и правда что-то такое получалось у них, хотя ничто и не предвещало.
Сашка разложила еду по тарелкам, заварила чаю и пришла в комнату, чтобы позвать Кречета к столу.
«А если будет подходящий момент, я ему сыграю после ужина что-нибудь свое», — полная решимости кивнула она собственным мыслям.
Однако на эту фантазию в реальности ресурсов уже не хватило. Когда Саша вошла, то обнаружила, что майор крепко спит, полусидя на ее кровати.
Сашка осторожно вернулась на кухню, стараясь не шуметь, поела, убрала в контейнеры порцию Кречета, положила их остывать на подоконник. Потом приняла душ и, дурея от собственной наглости, забралась в постель. Она легла так, чтобы между ней и майором оставалось немного места.
Потом передумала и прижалась к его широкой груди, вдохнула знакомый и уже почти любимый запах. Кречет чуть пошевелился, Сашка замерла. Ничего не изменилось.
Тогда Саша прикрыла глаза и уплыла в спокойный, глубокий сон без сновидений.
Глава 18
— Товарищ майор, мы же поговорим о том, что происходит? Пожалуйста!
Сашка сжала в руках кружку с кофе и устремила на Кречета требовательный взгляд. Точнее, она пыталась таковой изобразить, но выходил, скорее, просящий.
Кречет провел широкой ладонью по влажным после душа волосам, тяжело выдохнул, закурил. Судя по всему, говорить ему не хотелось. Хотя надо было.
Они проспали всю ночь, не соблюдая никакой социальной дистанции. Сашка сперва улеглась одной только головой на грудь майора, а после, уже совершенно не стесняясь, перекочевала туда всем телом. Сонный Кречет, уже целиком лежавший на постели, был явно не против. Он обнимал Сашку во сне, спокойно дышал в затылок, преумножал тепло под одним на двоих одеялом и, похоже, не задумывался о том, как все это выглядит со стороны. И не со стороны — тоже. Никаких сомнений в его интересе (пусть и во сне) уже не оставалось. И поэтому совершенно естественным показалось утреннее продолжение близости. Которое, как и раньше, зачем-то инициировала Сашка.
Ее разбудил солнечный луч, который светил прямо в глаза, поскольку накануне ни она, ни майор не подумали о том, чтобы занавесить окно. Сашка открыла глаза, потянулась. Обнаружила себя прижатой к чужой груди, негромко ахнула от восторга и неожиданности. Фантазии продолжали воплощаться: Кречет крепко обнимал ее своими ручищами, а сам при этом сладко посапывал.
«Как настоящий медведь!» — хихикнула Сашка про себя и, не удержавшись, провела носом по отросшей колючей щетине на щеке майора.
Это был первый раз, когда Сашка проспала всю ночь не одна в постели. И первый раз, когда ей захотелось, чтобы одним только сном все не ограничилось.