— Мне надо в душ, — проговорила слабым голосом. — Очень нужно помыться. Прямо сейчас. Пожалуйста.
Кречет дернул плечом, вскочил на ноги.
— Пошли!
Он потянул Сашку на себя и потащил к выходу. Они поднимались по широкой лестнице. Краем глаза Саня заметила красивую люстру в прихожей и большой комод темного дерева. Обстановка в доме у Кречета поражала роскошью и размахом.
— Сюда!
Кречет толкнул дверь, и они оказались в просторной ванной комнате. Здесь стояло джакузи, в углу сияла отделанная янтарем душевая кабина, ровными рядами лежали махровые полотенца на полках. Сашка чуть не застонала от желания немедленно включить все краны и намылить себя с ног до головы раз десять, лишь бы только избавиться от жуткого ощущения чужих рук на своем теле.
Кречет подошел к джакузи, принялся нажимать кнопки.
— Раздевайся и давай, — кивнул он, не глядя на Сашку.
— Сперва в душ, — зачем-то заупрямилась та.
Почему-то казалось, что не стоит залезать грязной туда, где майор сам, скорее всего, отдыхает после напряженного рабочего дня. Сашка неловко начала стягивать с себя вещи, брезгливо ежась: любимые джинсы были в пыли, футболка жутко помялась и запачкалась. Белье она снять постеснялась.
— Сюда тогда.
На ее плечи легли ладони Кречета. Тот настойчиво подтолкнул ее к душевой кабине, завел внутрь и настроил краны. На Сашку потекли горячие потоки.
— Мойся, — Кречет шагнул назад, — здесь все есть.
— Нет!
Сашка дернулась, схватила его мокрой рукой за локоть. Отпускать его сейчас было просто-напросто страшно.
— Останься!
— Я буду снаружи, дом под сигнализацией и камерами, — Кречет выразительно поднял брови.
— Пожалуйста…
Сашка продолжала тянуть его за рукав рубашки. Кречет пару секунд молча смотрел на нее темным взглядом, потом как-то обреченно выдохнул и шагнул под воду как был — в одежде.
Он начал с головы. Вылил Сашке на волосы шампунь, принялся взбивать пену. Саша прикрыла глаза. Потоки мыльной воды текли по ней, а руки Кречета с силой оттирали с нее всю пыль, грязь, все ужасы сегодняшнего вечера. Вода обжигала, но твердые пальцы и огромные ладони жгли сильнее. Сашка поняла, что это ее возбуждает. Кречет не касался ее ниже лопаток, и это казалось очень неправильным, как и то, что мылась она в трусах и в лифчике.
— Я хочу…
— Знаю, — ровным голосом отозвался Кречет. — Не стоит.
— Мне надо, пожалуйста.
Она отвернулась, расстегнула лифчик, сняла его и бросила мокнуть к ногам. Сразу же вернулось ощущение незащищенности и стыда. Но вместе с ним возникло странное чувство, что, если бы Кречет сейчас сделал к ней шаг, прижался бы сзади и убрал ее руки, которыми она зачем-то прикрывала свою грудь, то страх и неловкость исчезли бы мигом.
Кречет не двигался, Сашка повернулась к нему сама, продолжая обнимать себя руками.
Их взгляды встретились.
«Наверное, со стороны это выглядит красиво», — подумалось ей, хотя никто их сейчас видеть не мог, стены душевой кабины надежно укрывали от всего мира.
Они одновременно сделали шаг друг другу навстречу и столкнулись. Сашка склонила голову и уткнулась лбом в промокшую насквозь рубашку Кречета и на несколько секунд замерла, растворяясь в странной нежности, что затапливала ее с каждым вздохом. Но довольно скоро это чувство сменилось на новое, будто бы отчасти даже не ее собственное.
Сашка подняла голову. Кречет смотрел на нее вовсе не с нежностью.
— Спасибо, что спас меня, — успела она выдохнуть, прежде чем он ее поцеловал.
И потом все смешалось. Шум воды, жар от пара и тела Кречета, что вжимал ее в стены душевой кабины, ее руки, которые судорожно пытались вытащить у него из-под ремня намокшую и тяжелую теперь рубашку. Сашка целовала его шею, цеплялась за плечи, прижималась все сильнее, дурея от того, как ее грудь касается его, как ладони Кречета гуляют по ее телу. В ушах гудело от нарастающего возбуждения, движения получались резкие, хаотичные, подчиненные одному только непонятному до конца желанию.
В какой момент он освободил ее и от трусиков, она не отследила, потому сама вовсю пыталась расстегнуть ему ремень. А дальше, Сашка действовала уже по наитию.
Они все время сталкивались губами, и целовались до нехватки воздуха.
Кречета сам помог ей добраться рукой до его члена. Просто снова положил ладонь поверх ее, они начали движение вместе. Он снова направлял ее руку, сейчас делая это резко, жестко, отрывисто, а не осторожно, как наверняка действовала бы Сашка.