«Он сказал, что вернется за час», — нахмурилась Сашка.
Выходило, что дом майора находится как-то очень недалеко от города.
«Полчаса езды — это ж где так близко можно построить дом?»
Сашка не слишком хорошо знала окрестности мегаполиса, но даже ее скромные познания говорили о том, что за полчаса из центра можно было добраться только до окраины, где высились новостройки и гудели многополосные магистрали. И это — если без пробок.
Из пригорода даже сам майор не смог бы доехать до Саши за час и вернуться.
«Наверное, он преуменьшил время, чтобы успокоить меня», — пришла Сашка к самому очевидному выводу.
Кречет был странный. Непонятный, сложный, по-прежнему загадочный. Поразительно! Они с Сашкой уже умудрились сделать вместе столько интимных и откровенных «дел», а личность майора все еще не просто оставалась загадкой, а будто бы наоборот — обрастала еще большим количеством тайн.
Взять хотя бы этот дом. Сашка никак не могла предположить, что у простого полицейского, который живет на работе, могут быть такие хоромы, обставленные дорого и со вкусом.
«Но он не простой полицейский, — поправила она сама себя, — к тому же у него ведь была семья».
Про таинственный развод майора она тоже ничего толком не знала, однако та часть дома, где она успела побывать, не казалась ей семейным гнездышком, пусть даже и бывшим. Дом был мужской. Это ощущалось и в интерьере, и в вещах, и в самой энергетике. Сашка не знала, как это объяснить — просто чувствовала: дом был Кречета. Не его жены, не их общий.
«Иначе после развода этот дом бы поделили между ними», — улыбнулась она своей сообразительности.
Впрочем, это не проливало свет на само наличие такого дома. Сашка усиленно гнала от себя мысли про взятки, откаты, крышевание и прочие, приходящие на ум понятия. Она ничего не знала о майоре Кречете, его семье и его жизни, делать выводы было рано.
«Но я знаю, какой он в постели», — улыбнулась Саша.
При воспоминании о том, что они недавно творили в джакузи, у нее побежали мурашки по всему телу от волнения и удовольствия.
«Интересно, когда он вернется, мы тоже…»
Сашка поняла, что ей хотелось этого. Она уже обнаружила в себе неожиданные черты характера. Например, не пойми откуда взявшуюся ненасытность в страсти. Сашка поразилась сама себе: если вспомнить, как происходило ее «приобщение к радостям» сексуальной жизни, так странно, что она вообще так легко оказалась в новых отношениях, да еще с таким непростым партнером! Это, видимо, именно из-за него внутри у нее будто открылся какой-то портал, что требовал больше и больше всего — ласк, поцелуев, прикосновений и оргазмов. Казалось, она не прочь провести несколько дней, касаясь Кречета и позволяя тому делать с ней что-нибудь интимное в разных позах. Одной мысли об этом хватило, чтобы внизу живота потяжелело.
Сашка сладко вздохнула, подумав о том, как огромная ладонь скользит к ее паху, как начинает ласкать ее там. Руки Кречета возбуждали ее до жара в груди и сбившегося дыхания. То, как тот трогал ее — властно и решительно, будило внутри настоящий пожар.
«Если так продолжится, я стану маньячкой!»
Сашка тут же похолодела. Настоящий маньяк был вовсе не метафорой, а реальностью. Он оставался на свободе, ходил по темным улицам города, выслеживал зазевавшихся девушек и ребят. Он бесшумно подходил сзади, набрасывался и пихал в рот пахнущую лекарствами и химией тряпку. Он похищал людей, после чего их никто больше не видел. Во всяком случае, живыми.
Все возбуждение слетело мгновенно. Дом перестал казаться уютным и надежным. Наоборот, Сашка с нарастающим ужасом осознала, что сейчас она одна среди кучи комнат и коридоров, в помещении, в котором не ориентируется. Никто, кроме Кречета, не знает, где она, а сам майор уехал уже час назад и почему-то все не возвращался. Телефон потерялся, и это значит, что Сашка не сумеет даже позвонить в службу спасения, если что-то случится.
На сердце легла ледяная рука и сжала его. Сашке резко стало холодно, голова, которая вроде бы прошла после горячего душа, снова заныла. Она почувствовала, что ее бьет мелкая дрожь.
Она находилась одна в чужом доме, неизвестно где. Кречет не возвращался. Возможно, его выследили, напали. Может быть, очень скоро сюда заявится вовсе не майор, а кто-то другой, и тогда…
Сашка сначала заметалась по комнате, а потом снова забилась в угол дивана. Она устроилась так, чтобы иметь максимальный угол обзора и «контролировать» все возможные входы и выходы из комнаты.