— Смотри только на меня! — повторил Кречет, наваливаясь на нее всем телом.
Вспотевшие руки скользили по зеркалу. Ноги разъезжались в стороны. Если бы не Кречет, который держал ее, Сашка давно бы рухнула вниз.
Волна за волной по всему телу прокатывался дикий жар, достигая своего пика и снова откатывая. Сашка не понимала, то ли это оргазм, то ли она просто ушла в какое-то бесконечное море удовольствия. Член Кречета внутри нее хлюпал, выходя почти до конца, чтобы тут же снова ворваться, вызывая у Сашки громкий стон. Ладони вспотели и скользили по зеркалу. Босые ноги плохо держали. Хорошо, что Кречет сам контролировал ее тело, иначе Сашка точно рухнула бы на пол.
— Смотри на меня! Думай обо мне! Запоминай! — повторял Кречет злобно и будто не до конца осознанно. — Только обо мне!
Кречет перешел уже в какой-то бешеный темп, вбиваясь в нее все глубже и выходя почти до конца. Сашка уже мало что соображала, на нее наваливался то ли морок, то ли усталость. Странная, новая для нее истома, делала тело ватным, послушным, а в голове не осталось ни одной мысли, там горели искры, что сжигали любую попытку понять, что происходит и как к этому относиться.
Кречет кончил внезапно. Сашка поняла это, когда внутри вдруг стало пусто, а тряска ее тела прекратилась. Следом она почувствовала внезапный болезненный шлепок, от чего как будто бы пробудилась.
Она ойкнула, хотела было повернуться, но тут почувствовала, как по всей длине позвоночника (ее футболка давно сбилась и болталась в районе шеи) снова движется язык. Кречет вылизывал ее спину сантиметр за сантиметром, оставляя горячий след, который в следующий момент начинал остывать и холодил кожу.
— Чувствуешь? — неожиданно спросил Кречет.
— Да…
Сашка прикрыла глаза. Это был очень приятно.
— Будешь чувствовать весь день! — неожиданно объявил Кречет.
Сашка не сомневалась в этом.
Глава 25
Кречет тяжело вздохнул, откинулся на спинку собственного (наконец-то) стула и прикрыл глаза. Оказывается, можно было соскучиться даже по ощущению старой мебели, которую сам же и состарил, находясь на работе почти сутками. Знакомый стол, шкаф, лампа, кружка — вроде бы мелочи, но Кречет был по-настоящему счастлив вернуться к ним.
Он отсмотрел все записи с камер видеонаблюдения, какие нашлись в районе. Перемещение преступников удалось отследить ровно до выезда из центра города. Дальше камер стояло мало — только на основных магистралях — и след предсказуемо терялся.
«Ничего, — удовлетворенно улыбнулся Кречет, — очень скоро вы допустите еще одну ошибку, и тогда наши бравые ищейки вас накроют».
Он не сомневался, что в ближайшем будущем громкое дело о похищении завершится — подсказывала профессиональная интуиция. Сейчас, когда Саша находилась в безопасности (Кречет регулярно проверял свои домашние камеры), он почти расслабился. Гораздо больше его волновали собственные неурядицы и непроходящая усталость, которая жила с ним уже не первый месяц.
«Выспаться надо бы нормально», — подумал он и тут же снова улыбнулся.
Дома его ждала та, с кем выспаться не получится, хотя спалось рядом с Санечкой очень сладко.
«А трахать ее оказалось еще слаще», — напомнил сам себе Кречет и растекся в очередной довольной и сытой улыбке.
Он не помнил, когда в последний раз ему было так тепло на душе. Этот щупленькая, непримечательная на первый взгляд девчоночка оказалась такой притягательной, словно внутри нее и правда находился яркий и жаркий костер, у которого так и тянуло согреться. От нее же невозможно взгляд отвести! Кречет, сердясь на себя, вспоминал свои недавние муки в отделении, когда до одури хотелось и смотреть, и говорить, и слушать, и касаться. Он запрещал себе. Из последних душевных сил старался отгородиться и не приближаться к девочке, которая, похоже, до усрачки его боялась.
Оказалось, не так уж и боялась.
Кречет усмехнулся. То, что они вытворяли накануне вечером, никак не вязалась со страхом и неуверенностью. При воспоминании о гибкой, блестящей от пота спине, спутанных мокрых волосах и огромных, горящих неприкрытым желанием глазах у майора заинтересованно приподнялся член.
«Куда?! — мысленно осадил он сам себя. — Ты на службе!»
Кто бы мог подумать, что после сорока его вот так заклинит на вчерашнем подростке. Да она и на женщину-то еще не сильно походила — во всяком случае, на женщин его типа! Кречет поморщился. Первая седина у него проступила, кажется, еще до тридцати. Судя по всему, сопровождающий ее бес очень долго искал ребра, иначе как объяснить этот переклин?
«Но как будто не было ни одного шанса избежать ее», — пришел к выводу Кречет.