В прихожей псина осаждала Кречета-старшего. Тот стоял, подняв руки и заливисто хохотал, глядя на нее.
— У меня есть право хранить молчание! — объявил он громко. — И я использую его в суде!
— Свои! Свои! — заверещала Сашка, выскакивая в прихожую. — Сюда! Простите, пожалуйста, Алексей Васильевич, — объявила она, запыхавшись, — она вас еще не знает, а поскольку меня рядом не было, то…
— Вела себя, как и положено собакам, я понял, — усмехнулся Алексей Васильевич. — Спасибо, что так вовремя остановила эту шайтанку: еще пара секунд, и меня бы порвали.
Сашка нахмурилась, не до конца уверенная, шутит ли генерал или действительно опасается ее собаки.
— Она никого не кусает, — на всякий случай сообщила она, — только облаять может. И вообще она добрая.
— Никому этого не говори, — подмигнул ему Кречет-старший и прошел своим бодрым шагом в гостиную.
Сашка потащилась за ним, жутко переживая. Она понимала, что все это — наверняка проверка и надо бы произвести хорошее впечатление, но что-то ей подсказывало, что расположение генерала ФСБ вкусным обедом не купишь.
«О чем же мне с ним говорить?» — в ужасе думала она.
Сашка и без того не была мастерицей светских бесед, а тут и совсем растерялась. Генерал упал в кресло, вытянул ноги и глянул на нее веселым взглядом.
— Садись, Александра, — он указал на кресло по соседству, — пообщаемся.
Сашка послушно кивнула и подчинилась. Похоже, проблемы с тем, чтобы завести разговор не будет, генерал отлично с этим справлялся сам.
— Я теперь почти не вижу сына, — начал он с заметной ноткой сожаления, — расскажи хоть, как он живет да чем питается.
Это было просто! Сашка тут же принялась жаловаться Алексею Васильевичу на то, что майор может целыми днями сидеть на растворимом кофе, что он много курит, что вечером набрасывается на домашнюю еду так, словно не ел ее годами.
— У него хроническая усталость и переработки! — сыпала Сашка возмущением. — Спит четыре часа, пять — максимум!
— Не без твоей помощи, я полагаю, — ввернул весело генерал.
— Ой, — Сашка тут же стушевалась и покраснела. — Но это только сейчас! А раньше…
Она снова пустилась в обсуждения Кречета, вдохновленная улыбкой и кивками его отца. Тот соглашался с тем, что Василий себя не бережет и что с этим нужно немедленно что-то делать.
Потом Кречет-старший предложил прогуляться с собакой. Они вышли на улицу, и Сашка вдруг явственно ощутила, что погода переменилась.
— Скоро осень, — произнесла она вслух, понимая, что так и есть.
Ветер веял холодом, первые листы уже упали на тропинки.
— И чем думаешь заняться? — поинтересовался генерал, ловко кидая палку в сторону, чтобы занять собаку.
— Днем — учиться, а после обеда хочу попробовать репетиторство онлайн, к ЕГЭ готовить детей, — задумчиво проговорила она. — Я так прикинула: если возьму двух учеников, то буду все успевать до прихода Васи. Убирать в полиции, скорей всего, уже не получится, хотя мне жалко бросать эту работу. Может быть, договорюсь на полставки — пару раз в неделю. Но мне кажется, Вася не одобрит. Он часто намекает, что хочет, чтобы я была здесь — в безопасности. Вроде как, это из-за нападения, но мне кажется, что не только. Он просто человек такой… — Сашка пожала плечами. — В общем, если он будет против, то и ладно. Еще я бы походила на фитнес – на какие-нибудь групповые занятия. Вася раньше меня тренировал, а сейчас не до этого. Может, если они закроют дело, и у него появится время, мы могли возобновить…
Сашка осеклась. Наверное, Алексею Васильевичу все эти подробности и ни к чему, но ей все это время было не с кем поделиться. Единственные, кто в курсе изменений в ее жизни — Лекс с Лесей, теперь оказались отрезанными от нее, и Сашка неожиданно очень скучала по общению.
— Звучит как хороший план, — кивнул Кречет-старший, — а я замерз. Пойдем в дом? Ты в бильярд играть умеешь?
— Не особенно, пробовала всего пару раз, когда с ребятами из группы в клуб ходили, — нахмурилась Сашка, улавливая, что тон беседы явно изменился, только она не могла понять, в какую сторону.
— Научу!
Генерал резко развернулся и поспешил к дому. Сашка заторопилась за ним.
«Я сказала что-то не то? — судорожно размышляла она по пути. — Наверное, болтала слишком много. Военные этого не любят. Но он же не военный! Ох, черт!»
Она совсем забылась и общалась с отцом Кречета как со старым знакомым. Надо было держать дистанцию! Предложить ему кофе или чая, а может быть, даже выпить! Вести себя по-взрослому!
— Подождите!