Кречет поджал губы, вырулил из двора. Уже на подъезде к Управлению он тяжело вздохнул и, не глядя на Саню произнес:
— Да я, похоже, ревнивый. Одевайся хорошо, но не вызывающе.
— Ладно, — она улыбнулась.
Ей нравилось, что Кречет не строит из себя ничего и говорит все как есть.
«Ревнивый — это ведь иногда тоже неплохо», — решила она про себя, выходя из машины.
***
В Управлении Сашка сразу стушевалась. Ничего общего с их уютным отделением полиции здесь не наблюдалось. Куча этажей, коридоров, комнат, незнакомых ей людей. Хлопали двери, звонили телефоны, стоял шум, и вместе с тем не было привычного ощущения какой-то общности и товарищества, а наоборот: надо всем будто бы лежало какое-то незримое напряжение и тяжесть. Сашка поежилась, ожидая, пока ее вызовут. Кречет представил ее паре человек и оставил сидеть у какой-то двери, обещая, что сейчас за ней придут. Самому майору пора было заниматься работой, он не мог опекать Саню постоянно.
«Если он проводит здесь столько часов, неудивительно, что настроение чаще всего на нуле», — сделала вывод Сашка, глядя на мрачные стены, выкрашенные светло-серой краской.
Ей здесь не очень-то нравилось, но выбора не оставалось.
Неожиданно из-за поворота появился Чимикин в сопровождении незнакомого Саше мужчины средних лет. Сашка тут же подскочила, чтобы приветствовать капитана.
— Как дела, Александра?
Чимикин сиял как на свадьбе и, похоже, впервые за долгие дни выспался. Таким свежим Сашка не видела его уже давно. Впрочем, она его и без того не видела достаточно давно, поскольку отсиживалась в доме Кречета. Сашка подумала, что из всех полицейских скучала больше всего именно по добродушному Павлу.
— Жду допроса, — улыбнулась Сашка. — А вы?
— Пришел допрашивать тебя, — хохотнул Чимикин. — Это все еще мое дело тоже, забыла?
— А это…
Сашка неуверенно глянула на его спутника.
— Майор Рижский, — представил мужчину Чимикин. — Он здесь от лица нашего с тобой хорошего знакомого — майора Кречета.
Сашка недоуменно нахмурилась, не понимая, что это значит.
— По уставу, — объяснил ей Чимикин, открывая дверь, — на любом допросе, даже таком простом, как наш, нужно минимум два сотрудника. Кречет сейчас занят, прислал своего зама. Ну и я, как ты знаешь…
— Лучший дознаватель, — улыбнулась Сашка.
— Просто хороший, — Чимикин не стал рисоваться перед коллегой. — Это моя работа.
— Что ж, приступим.
Они сели за стол, Чимикин включил запись. Сашка с интересом смотрела на представленного ей майора Рижского, который оказался правой рукой Кречета, и о котором она раньше не слышала.
«Ну правильно, ведь Васю одного перекинули в наш отдел, а теперь он снова вернулся сюда, к своим сотрудникам».
Казалось, целая эпоха подходила к концу. До Саши только теперь начало доходить, что очень скоро команда из двух бравых капитанов и майора распадется, потому что дело закроют.
«Интересно, что он знает о нас?» — размышляла Сашка, попутно отвечая на первые стандартные вопросы о своем имени, возрасте и роде занятий.
Рижский казался ей приятным и честным с виду человеком, одетым очень скромно, но это его не портило. У него было простое лицо, открытый взгляд с некоторой хитринкой, широкий нос, яркие глаза. Наверное, в юности этот человек был хорош собой, сейчас же лицо избороздили морщины, говорящие о том, что жизнь у майора выдалась не самая легкая.
— Расскажите о дне нападения, — попросил мягко Чимикин, — во всех подробностях, которые приходят на ум. С момента, как вышли на улицу после работы. Весь путь.
Это казалось несложным. Сашка и раньше несколько раз пересказывала свой маршрут для Кречета, когда сидела в изоляции. Она очень хорошо помнила тот вечер, хотя раньше считала, что жертвы страдают выборочной амнезией и не фиксируют самые страшные моменты. Сашка помнила все, кроме поездки в машине до дома майора. Но эти подробности значения не имели, только факты, что могли бы навести на мысль о личности преступника.
На момент Сашиного допроса организаторы уже были арестованы, а исполнители, как это часто бывает, испарились, как только дело стало поворачиваться «не тем» боком. Найти их почти не представлялось возможным, тем более что и Саша, и другие жертвы видели очень мало. Всякий раз нападали со спины.
— И далее вы находились как свидетель под защитой майора Кречета? — поинтересовался Рижский.
Сашка заметила мелькнувшую в его глазах улыбку.
«Он знает! Или догадывается!»
Сашка поняла, что краснеет, бросила беспомощный взгляд на Чимикина.
— Это нам вычислить личность нападавшего не поможет, — мягко проговорил капитан.
— Да я так, — Рижский усмехнулся, — для протокола.