Взгляд выцепил знакомую фамилию среди скомканных бумаг под ее рукой.
В следующий момент Сашка, наплевав на санитарию, судорожно хватала и отбрасывала в сторону выброшенные документы. Она не была уверена до конца, но кажется, этот день имел все шансы превратиться из плохого в хороший.
Глава 36
Сашка добиралась до дома долго. Станции метро она поблизости не нашла, в наземном транспорте все еще разбиралась плохо — поэтому, переехав через основные мосты, почти сразу вышла и остаток дороги шла пешком. Заглянула в пару магазинов, купила немного продуктов, потом чуть поплутала, пытаясь понять, как ей попасть на нужный остров.
Вокруг сиял огнями вечерний город. Фонари отражались в темных водах Невы, Сашка шла по набережным, иногда останавливаясь, чтобы пару минут понаблюдать за тем, как красиво выруливают из-под мостов прогулочные катера и речные трамвайчики. С их палуб долетали веселые голоса и музыка. Санька махала отдыхающим, шагала дальше. Величие города подсвечивалось фарами и уличным освещением, опускались сумерки, начиналась парадная ночная жизнь.
И только в районе, где жил Кречет, стояла тишина. Здесь почти не встречались машины, лишь редкие жители, вышедшие на вечернюю прогулку, да проезжающие на велосипедах курьеры с заказами. В домах загорались окна: люди возвращались домой.
Подходя к дому, Саша спокойно открыла ворота, набрала код, отключающий сигнализацию во всем доме, и вошла. Через пару минут она снова была на улице, но уже с собакой. Они немного погуляли и вернулись в дом.
Если бы кто-то вздумал наблюдать за ней сейчас, то ему бы не пришло в голову, что тут что-то не так. Санька делала самые обычные вещи, какие стала бы делать, если бы просто пришла домой после рабочего дня.
Она переоделась, включила свет, принялась готовить. Задернула шторы так, что при желании можно заглянуть в окно и убедиться, что Саша всего лишь сидит за столом и ужинает в одиночестве.
На самом же деле она напряженно думала. Вынесенные из-под носа у полицейских бумаги лежали у нее в сумке, и Сашка не знала, что с ними делать.
Мелькнула мысль позвонить Лесе с Лексом, но обнадеживать их раньше времени не стоило.
«Хотя они оказались правы: именно я сумела раздобыть доказательства невиновности Паши и Васи», — улыбнулась про себя Сашка.
В другой ситуации она бы первым делом пошла к Чимикину — тот всегда относился к Саше с большой теплотой и при этом оставался одним из самых талантливых полицейских — преданным своему делу и умным. Но Чимикин сидел в камере, как, вероятно, и Кречет. Сашка не сомневалась, что тот обязательно позвонил бы ей, если бы его отпустили. Но новенький телефон молчал, а рабочее время давно закончилось.
«Может быть, стоило пойти к полковнику Ракину?»
Эта мысль терзала ее еще на работе. Вот только Сашка очень опасалась доставать там найденные бумаги. Казалось, что их тогда наверняка немедленно выхватят у нее из рук и уничтожат. Или она как-то случайно при этом подставит Ракина, Чимикина и Василия еще больше.
Может быть, стоило пойти сразу к высшему руководству, но Сашка откровенно боялась. Она понятия не имела, что из себя представляют эти люди, сколько их и станут ли они разговаривать с какой-то непонятной, нанятой всего неделю назад уборщицей.
«Это все равно, что пытаться пожаловаться президенту», — решила про себя Сашка, отметая эту идею.
Ей очень сильно хотелось с кем-то посоветоваться. Подошел бы, наверное, капитан Бойко, но у Сашки не было его номера телефона.
Оставался один-единственный вариант, про который она думала с самого начала. Она взяла телефон, нашла нужный номер и написала: «Приезжайте, пожалуйста, это очень важно!»
Через секунду сообщение прочитали и в ответ прилетел смешной анимированный стикер с малышом Йодой, который радостно махал ручкой.
***
Алексей Васильевич появился меньше чем через час. Все это время Сашка валялась на диване с собакой и нагло устроившемся у нее на животе котярой, наглаживая его и напряженно поглядывая на часы, и из последних сил старалась при этом вести себя естественно.
Кречет-старший зашел в дом, как и всегда: своей бесшумной легкой походкой, мимоходом потрепал собаку, почесал за ухом кота и улыбнулся Саше.
— Ты как тут? — кивнул он бодро. — Справляешься?
— Васю арестовали, — зачем-то сообщила Сашка, хотя была уверена, что его отец наверняка в курсе.
— Не арестовали еще, — тот покачал головой, — так, пока просто — придержали.
Алексей Васильевич плюхнулся в кресло у камина, вытянул ноги. Он вел себя так, будто в аресте сына нет ничего необычного — оставался расслабленным и будто бы даже веселым.