— Почему показала найденное Алексею Васильевичу, а не кому-то из знакомых полицейских?!
— Да отстань ты от девочки, Владик, ты ее сейчас запугаешь… — лениво протянул Кречет-старший с подоконника, на котором он пристроился на время допроса.
— А кому еще? — отозвалась Сашка. — Мне правда было страшно!
— Ей и сейчас страшно! — Алексей Васильевич мягко спрыгнул, положил руку Владлену на плечо. — Давай уже закругляться? Сентябрь на носу, лучше подумаем про рыбалку, а?
Владлен поджал губы, кивнул.
— Хорошо, — он повернулся к генералу, который все это время хмурился, наблюдая за ними. — Если даже это и ложь, то никаких пробелов.
— Я не вру! — возмутилась Сашка, повышая голос. — Где бы я их, по-вашему, взяла?! Украла?!
— Их смущает, что такие ценные бумажки оказались в мусорном баке, — объяснил Алексей Васильевич, — и меня — тоже.
— А меня — нет, — проговорил генерал задумчиво. — Там следователь по делу менялся, обычно при этом всегда что-то теряется.
— Даже такое? — Владлен дернул бровью.
— Тем не менее документы — вот, — генерал выразительно посмотрел на него. — Разбирайтесь!
***
Сашку отпустили. Она подписала какие-то бумаги, которые перед ней просмотрел Алексей Васильевич, после чего ей позволили вернуться наконец к ее непосредственным обязанностям уборщицы. Она получила задание, пошла оттирать пятна, но мысли ее были не о работе.
Сашка все время прислушивалась, надеясь узнать хоть что-то по «делу Васи», вздрагивала на каждые шаги в коридоре, надеясь, что сейчас появится освобожденный Кречет.
Вместо него в один момент из-за поворота вылетел Бойко. Он несся на всех парах, победно улыбаясь и потрясая какой-то папкой.
— Что случилось?! — Сашка на свой страх и риск перегородила ему дорогу.
— Победа, Шурочка! — оскалился Вадим. — Я их всех засажу нахуй!
Он поспешил дальше, а Сашка, изнемогая от любопытства, продолжила свою работу. Закончив, она решила наведаться в кабинет Кречета.
Санин телефон по-прежнему молчал, и это означало, что либо Васю еще держат, либо он очень занят.
Сашка надеялась узнать что-то у Рижского.
— А я думаю, где ты ходишь, — майор встретил ее добродушной улыбкой и тут же протянул свою вазочку с конфетами.
Обычно этот жест означал, что хороших новостей нет.
— Василия Алексеевича еще держат? — спросила Сашка грустно.
— Скоро отпустят, — подмигнул ему Рижский, — посиди чуток, выпей чайку.
— Вы не шутите? — не выдержала она. — Правда?
— Правда, — Рижский бодро кивнул ей, — птичка на хвосте принесла, что всплыли первоначальные бумаги, а не те, что пришли с новым следователем, которого там даже не стояло, когда клуб проверяли.
— Ого… — она изобразила удивление.
— Хорошая птичка, — кивнул ей Рижский, — всем бы таких.
Сашка поняла, что краснеет. Майор встал, чтобы заварить чайник. А она глянула на его стол и увидела распечатки, где красным цветом были выделены какие-то фамилии, а рядом размашистым почерком подписано: «работал с Червинским, был под следствием! Отпущен из-за бюрократической ошибки!»
— Что это? — спросила Сашка вслух.
Она узнала почерк, но хотела убедиться, что поняла все правильно.
— Птичка, — Рижский прищурился, — ты бы не лезла куда не надо!
— Это ведь про Васю! — взмолилась она, понимая, что майор, в общем, питает к ней только добрые чувства и на самом деле друг.
— Про Васю, да, — Рижский кинул в рот конфету. — Второй следак, что пришел внезапно на замену, оказался с гнильцой. Капитан Бойко нарыл на него нехорошие связи и длинный список сомнительных дел.
— Понятно.
Сашка не все поняла — только то, что Вадим, как и всегда, оказался молодцом. Впрочем, и она тоже.
Когда спустя час в кабинет отворилась дверь и зашел Вася, Сашка не смогла сдержать радостного возгласа.
У того полыхнуло в глазах, но он явным усилием воли сдержался.
— Все потом, Сашенька, — сказал он спокойно. — Захвати пару кофе навынос и пожевать чего-нибудь. Мне здесь надо полчаса, не больше. Скоро едем домой.
От этих простых слов у Саши защемило в груди. Она почувствовала, как внутри что-то расправляется. Будто бы до этого вся ее внутренняя вселенная была сжата до размеров скомканного клочка бумаги. Сейчас же, с каждым вздохом она расширялась всё больше, а ее звезды сияли всё ярче.
— Иди уже, — Кречет наконец ей улыбнулся. — Спасибо.
Санька радостно кивнула и поспешила. Нужно было торопиться, потому что скоро — домой.