«Потому что дома всегда должно быть тепло!»
Эпилог второй
Эпилог второй
По небу бежали серые тучи, вот-вот грозящие принести с собой дождь, но пока что земля оставалась сухой. Едкий дым разносился по воздуху и, попадая в нос, вызывал урчание в голодных животах всех присутствующих. Процесс приготовления шашлыка всегда выходил долгим и даже муторным, впрочем, сегодня торопиться было некуда.
Василий с удовольствием развалился на мягком садовом стуле, который скрипнул под его весом, но выдержал.
«Откормила меня птичка, что ли? — лениво подумалось ему. — Надо бы потягать штангу на досуге...»
Стоял хмурый, но не холодный ноябрьский вечер. Такие на десятое число выпадали не часто, так что воспользоваться хорошей погодой нужно было обязательно. К тому же новые звезды надо наконец обмыть, как и успешное закрытие того проклятого дела.
«Никакое оно не проклятое, — поправил сам себя Вася, — с ним ты Сашу получил, повышение и вон еще…»
Он перевел взгляд на Чимикина, которому тоже оставалось не так долго ходить в капитанах, если все и дальше будет складываться хорошо. Он уже месяц работал под началом Кречета, и тот каждый день убеждался, что это оказалось верным решением.
Павел тоже сидел на стуле и скромно тянул легкое бутылочное пиво. Василий вспомнил, как тот, услышав приглашение отметить праздник в тесном дружеском кругу дома у Кречета, слегка смутившись, поинтересовался, можно ли прийти с парой или вечеринка только для служителей закона. Вася тогда посмеялся, сказав, что у них семейно-полицейское мероприятие, но для всех причастных, так что с его парой точно можно. А под шумок в калитку ужом проскользнул и неугомонный близнец Чимикинской невесты — здороваясь со всеми и потрясая коробками с собственными фирменными десертами и обещанием сделать «самый лучший кофе для господ полицейских»!
А его собственная пара — его Сашенька — как раз сейчас трепалась о чем-то с Лесей. Вот уж кто — в отличие от капитана Чимикина — не чувствовала себя неуютно и не опасалась ляпнуть что-то не то в присутствии высокопоставленных чинов.
«А ее братцу бы и вовсе под батиным началом ходить, — решил Вася, — сработались бы».
Лекс, как и его сестра, казался смышленым, смелым, уверенным в себе. После того, что с ним случилось в детстве, — большая редкость. Василию доводилось видеть выживших жертв. Почти все они до конца жизни оставались с надломленной психикой — тревожные и нестабильные. Чимикину повезло с невестой, и Вася не сомневался, что их пара — это навсегда. Лекс же поговаривал уже об открытии второго «Надежного свидетеля». Бойкий парень, далеко пойдет.
Саша, видимо, заметив его взгляд, обернулась. Она стояла вполоборота, одетая в новую, длинную, теплую, но изящную серую юбку и теплую двойку насыщенного бордового цвета, которая ей удивительно шла. Вася с недавних пор поймал себя на мысли, что ему нравится наряжать Сашу. Не в перья и блестки, конечно, но вот в такие добротные, стильные вещи — очень. К тому же высокий ворот ангорской водолазки скрывал старые и свежие засосы. Вася решил, что не стоит смущать друзей, которые и без того недоумевали внезапной смене его семейного статуса.
Впрочем, Васе было по большому счету похуй. Он не собирался сидеть в углу, как крыса, скрывая, с кем он и как живет, но и слишком близко подпускать чужих к своей спальне тоже не планировал. Так что громких объявлений и откровений от него никто не дождался, все приняли новую данность и смирились. Выбора у них все равно не оставалось.
Сашка вопросительно подняла брови. Вася кивнул ей, мол, «все хорошо». Он знал, что птичка волнуется: ей хотелось, чтобы первый «прием» в доме, где она теперь тоже была полноправной хозяйкой, прошел хорошо.
Хотя какой там прием? Вася не звал никого чужого: несколько коллег, Владлен, Чимикин с родней, заглянул сосед, не имеющий к полиции никакого отношения. Разумеется, приперся батя. Бойко не пришел, так как уже вовсю ловил кого-то особо опасного, а Рижский опаздывал.
Блямкнул телефон. Вася глянул на экран и усмехнулся. Сын поздравлял с праздником. Прислал несмешной мем.
«Ну, хотя бы так!»
Наконец пришел Рижский. Крепко пожал всем руки, оглядел дымящийся мангал.
— Долго ждать, — протянул он уныло, — я с утра ничего не жрал. Убил бы сейчас за тарелку борща!
— Не надо убивать, — хмыкнул Вася. — Есть у нас борщ!
— Да ну? — Рижский удивленно вскинул брови. — Где?
К ним подошла Сашенька, улыбнулась, как всегда, чуть смущенно и так тепло, что у Васи сердце сжалось от нежности.
— Есть свежий борщ, — кивнула Сашенька. — Налить вам тарелочку?