- Если бы ты меня любил, ты бы не остановился.
Мать-перемать! Это то, о чем я подумала?
Взгляд охранника через зеркало заднего вида предостерег меня от вопросов. Да я в общем-то и не очень хотела лезть. Во всяком случае сейчас. Отвернулась, сосредоточила взгляд на проплывающем пейзаже, а внимание на набирающем градус споре.
- Обсудим дома, - ответил Глеб.
- Дома ты сбежишь! – воскликнула она. – Как делал всю последнюю неделю. Ты думаешь, это нормально, скрываться. Или сложно объясниться?!
Теперь понятно, отчего последние фотографии старшей Гладько были не такими, как первые. Не понятно, зачем она подняла этот вопрос сейчас.
- Олеся… Олеся, не на дороге. Не отвлекай его.
Надо было еще и Глебу сказать, чтоб не отвлекался, но он доведенный до предела, рубанул ответом, проливающим свет на их отпуск.
- Леся, наедине ты не хочешь говорить.
- Конечно, не хочу, – взвилась девчонка, - зачем тратить время? У нас его мало, а дома вовсе нет. Я под наблюдением, а ты работаешь мальчишкой на побегушках и трясешься над местом в охране.
- В этом есть резон. Главный достойно платит, работа непыльная и неопасная, за исключением некоторых моментов. - Он бросил взгляд на нее. - Я не свободная птица. Я не могу сбежать. У меня есть обязательства. Платить по счетам, следить за мамой и племянником. Кроме меня, у них больше никого.
- Α я тебе кто? Я тебе не семья, меня можно задвинуть! Поцеловал, полапал и в шкаф до следующей прихоти?!
- Кто кого целовал, Лисенок.
- Не называй меня так! Если не любишь, то не имеешь права… - В попытке достучаться или же показать степень своего отчаяния, она дернула его за руку, он отвлекся всего на миг, но этого хватило, чтобы несущийся на нас грузовик был не сразу замечен.
- Глеб! Олеся…
Он дернул руль, уходя от лобового столкновения, и подставил брюхо.
Ни одна замедленная съемка не может передать коктейль пронзительной обреченности и бессилия за миг до столкновения с неизбежным. Удар, грохот сминаемого металла, треск лопнувшего стекла смешался с криком Олеси и шипением Глеба, налетевшего на руль. Нас вмяло в ограждение под визг колес и треск рессор, салон моментально наполнился запахом горелой резины, горячего асфальта и крови. Она как раcплавленный красный металл обагрила поверхности обжигающими каплями и запеклась, навечно въевшись в обшивку.
Удар, удар, рывок… ремень безопасности выбил дыхание из груди и порезал кожу. Я ощутила это отстраненно, словно сознание убралось из тела. В единый миг оценило опасность столкновения с дверцей, впередистоящим креслом, взлетевшей вверх сумкой Олеси, вовремя сдвинуло мои конечности и голову в сторону, уберегло от переломов. Треск, шипение, гудение машин на трассе.
В глазах темно от черных мушек, я дрожащими руками тянусь к застежке ремня, сбоку хлопнула дверь, и в мой обзор добавилась пригоршня красных расплывающихся точек.
- Скорую срочно! Авария на шоссе… Пятнадцать километров от аэропорта… - Узнала голос водителя Олега, ощутила его прикосновение к плечу. - Тамара, вы как, двигаться можете?
- Я в норме, - хрип на грани слышимости. Кажется, оглохла под полный ужаса девичий крик. – Как Олеся? - спросила, вспомнив о девчонке, и позвала ее сама: - Лесь, ты тут? Отзовись?
- Эй, девушка, вы не ранены? Вы слышите меня? - С другой стороны раздался обеспокоенный голос неизвестного, девичье мычание и снова вопль.
Нет, я не оглохла, хотя лучше бы да. Невозможно было слышать надрыв старшей Гладько и ее попытки пробудить парня, безвольной куклой повисшего на руле.
- Гле-е-е-еб! Γлеб! О господи, о господи, он в крови… в крови, Глеб! Глеб, пожалуйста… Глеб, ты не дышишь! Οн не ды-ы-ышит. Та-тамара, Тамара. Сделайте, сделайте что-нибудь… Спасите его!
- Успокойся. - С помощью Олега я наконец-то освободилась от ремня, подалась вперед и, проморгавшись от кругов, осмотрела Глеба, затем саму Гладько.
Картина неутешительная. У первого проломлена голова, возможно, легкие заливает кровью, у второй истерика на грани помешательства. Но я растягиваю губы, чтобы максимально внятно произнести:
- Не сработай подушки безопасности, все могло быть хуже. Лесь, нам невероятно повезло. Дыши, малыш, дыши.
Нам действительно повезло.
Мимо, что называется, проезжала свободная скорая. Олег осталcя на трассе разбираться с ДПС, к больнице мы доехали без пробок, без проволочек сдали Глеба по документам, собранным в поездку. Еще минут через сорок к нам добрался Углицкий, как пропеллер, раскручивающий ключи на сгибе пальца. Каюсь, я не сразу признала его и с опозданием ответила на поставленный вопрос.