Пауза. Заем жест, его, побуждающий меня продолжить тему.
- Хм, слушающий мужчина - большая редкость, - не смогла я не заметить.
- Женщина, умеющая слышать, тоже, – в свою очередь похвалил он и обратил взор на новоявленного фотоохотника. - С вами она оживает.
- Просто помню себя в ее возрасте. А ещё очень радуюсь, что у нее нет проблем в общении с другими детьми. Считается, это одна из важнейших вех социализации.
- Это сейчас, – ответил Олег. - Мне ещё памятны дни, когда я ее к психологу возил.
- Возили?
- Несколько раз, - подтвердил он. – Потом сменилась пара учителей, и ребенок стал похож на ребенка.
Не то чтобы волосы стали дыбом, но колючие мурашки я ощутила на спине. У меня появились вопросы, мне нужны были ответы. И именно в этот момент, когда я вознамерилась вытрясти информацию из водителя, к нам присоединились тихая, абсолютно несчастная Οлеся и Стас, который сразу стал оглядывать зал в поисках Алисы.
- Где? - сухо спросил он.
Я указала на соседний стол, под которым ребенок затаился.
- Что она там делает?
- Играет. В папарацци.
Маленькая ручка, вооруженная телефоном, выскользнула из-под укрытия скатерти. Звук фокусировки, тихий щелчок, и охранник попал в цифровой каталог семейного фотоальбома Гладько. Стас нахмурился, но прерывать веселье Алисы не стал. Спросил только, не боюсь ли я, что о поездке узнает главный.
- Чему быть, того не миновать. Сама ему отправлю несколько общих фото.
- Общих? – спросила Олеся, явно предполагая, что ее самоволка должна остаться за кадром.
- За хорошее поведение даже заключенных выводят погулять, чем мы хуже? – спросила я и улыбнулась, хотя мне совсем не понравилось, как Οлеся вздохнула.
Странная реакция, неужели она не увидела Глеба в процессе поездки? Или они ездили не на мебельное производство?
Когда официант принес первую пиццу, лазанью, мясо на шпажках и салат, я небрежно спросила:
– Как покатались?
Девчонка поморщилась и промолчала, зато в своей скупой манере ответил Стас:
- Продуктивно.
- Насколько продуктивно?
- Я осмотрел склады, Олеся посидела в машине.
Чуть не уронила вилку, которую по привычке салфеткой протирала перед едой. Посмотрела на серебристые блики металла и мысленно отругала себя за просчет.
Α чего я, собственно, хотела, планируя эту вылазку в город? Просила его согласиться на поездку - он и согласился, сказала, что Стас поедет по делу - он дело и нашел. Это был отличный урок на всю оставшуюся бытность няни. И как пометку нужно в памяти оставить - договариваться с Углицким заблаговременно и детально.
Погрузиться в искреннее сочувствие к влюбленной девчонке мне не дала малышка. Οт легкого перекуса, что был более часа назад, она отказалась, зато теперь с нескрываемым интересом потянулась за едой. Вот что делает воздух детства животворящий, Алиса перестала играть в принцессу!
- Вначале моем руки, - напомнила ей, не дав ухватиться за шпажку с мини-шашлыком.
- Они чистые, - смело заявила кроха.
- Тогда пошли помоем мои, – заявила с улыбкой и поднялась. Сделала шаг от стола и скорее формальности ради спросила: – Олеся, хочешь с нами?
Стоило девчонке безропотно встать, в моей душе против воли поднялась тревога. А не собирается ли старшая Гладько из туалета сбежать? Но чем ближе мы подходили к комнаткам с кафелем, тем очевиднее становилось, что Олеся подавлена. И это нетрудно понять, все же она хотела увидеть Глеба, а получила облом сейфоподобный.
Алиса в отличие от сестры была весела. В кабинку удалилась без вопросов, на ступеньку перед умывальником взобралась сама и ручки помыла без какой-либо помощи с моей стороны. В который раз я порадовалась, что малышку приручили самостоятельно ухаживать за собой, и не сдержала похвалы:
- Какая же ты умница. Уже придумала, куда мы поедем в заключение?
- А можно на вышку? - спросила она о точке в городе, откуда смельчаки прыгали на веревках.
- Сегодня исполняем все твои желания, кроме самых опасных. У нас всего два рыцаря в сопровождении, у них сердца слабые.
- Мы не будем прыгать. Только смотреть, - заявила она.
Я тут же согласилась, Олеся, поправлявшая у зеркала волосы, высоко вскинула бровь.
- Как интересно. А на мой день рождения можно что-нибудь в духе этой свободы? - Она, видимо, рассчитывала на отказ и готовилась развернуть скандал. Но я согласилась, так что ей осталось лишь злобно фыркнуть: - Вы врете.
- Нет. Когда у тебя праздник?
- В сентябре, - сообщила Алиса, и старшая Гладько ехидно прищурилась, уловив тень сомнения на моем лице.
- Что, уже жалеете о сказанном?