- В клубе. Хотел сделать что-то хорошее. Порадовать несчастную угнетенную. - Он скривился, словно не имел права на эту наивную веру. – В самом разгаре вечера она на спор с девчонками полезла знакомиться к кавказцам. Отлично помню, как Леська удивилась, когда я не сразу смог ее отбить.
- Удивилась? Она знала, что вы в клубе? – уловила я важный момент, и напоролась на жесткий взгляд темно-зеленых гневных глаз. Мой голос сел, но не исчез. - Стас, если бы она не знала, что охрана рядом, тогда…
- Не ищите оправданий! – прозвучало громко, кажется, даже эхо отразилось от ворот.
- Ладно, - согласилась чтобы не спорить, и задала другой волнующий вопрос: - А когда Алиса начала заикаться?
- Пока я лежал в больнице, – посуровел он ещё больше.
- И малышку возили к психологу?
- К самому дорогому. Анка нашла гениальную профессоршу, нахваливала, как второго Иисуса. - Он прищурился, говоря: - Все прошло со сменой учителя по английскому. Психологиня сказала, что дело в ее новой программе. Но позже на рисунках Алисы стал появляться некто третий, неизвестный. Малая его долго раскрашивала, а затем тщательно стирала и не хотела ничего говорить.
Что-то мне сразу стало нехорошо от его интонаций, потянуло в дом и под одеяло.
- Когда Главному сказали, что это может быть выдуманная личность или маньяк, он запросил досье на каждого обитателя девятиэтажки, где проживала англичанка, – продолжил Стас.
Не будь я через край ошеломлена, сказала бы, что Гладько любитель масштабных решений. И это так по–бигбоссовски.
- Поиски закончились на втором этаже, где нашлась соседка Тома. Которая незаметно для англичанки общалась с ребенком очень оригинальным способом.
Нервно сглотнула, чувствуя, как сейчас сама начну заикаться.
- Че-через балкон, в перерывах между их вечерними занятиями.
- Именно, - кивнул Стас. - Пока мы с парнями, как идиоты, дежурили на лестнице и во дворе, проверяли записи с видео камеры. Так что звание Ведьмы вами заслужено, - рубанул он и вдруг огорошил: - Но с Олесей ваши штучки не прокатят.
Я зло прищурилась, я приготовилась ответить, я чуть не заявила, что у меня даже Крикун заговорил! Ну, или мне показалось, что заговорил, и… сбилась с мысли, потому что позвонила свекровь. Эмма Вячеславовна коротко сообщила о том, что они с Баcей вернулись и сейчас немного грустят.
- Может, ты приедешь на днях? - спросила она. - Или возьмешь его к себе?
Намек был понят мгновенно.
- Едете ко второй подруге, у которой аллергия на собак?
- Читаешь мысли, - подтвердила она с улыбкой.
- Потому что знаю вас не первый десяток лет, – ответила я и пообещала заехать на этой неделе.
А ближе к ночи случилось невероятное!
Крикун прислал сообщение.
Крошечное миленькое троеточие, что, как я поняла, было его сигналом исчезновения на несколько дней. Я ему обрадовалась больше, чем бигбоссу, нечаянно заскочившему домой и успевшему поздравить дочь с днем рождения. А все потому, что у Крикуна хоть какая-то sms-ка - это уже прогресс, а Γладько неизвестно ещё что перешибет.
Конечно, ни старшую, ни младшую он до сих пор не отправил по колледжам и школам, но причиной такого милосердия могло быть отсутствие времени на приказ или дезинформация. Вдруг Полина еще не донесла до бигбосса последние новости о паспорте Олеси, Стас не сказал о припрятанном снотворном, а Шкафчик благородно похоронил нашу вылазку в ТЦ. А значит, взрыв откладывается на неопределенное время, что меня совершенно не устраивает. Οтпуск на исходе, а мы не достигли выяснения отношений. Нужно все обыграть на этой неделе, а пока…
Я вышла в ночь, устроилась на качелях вместе с пледом и подняла глаза к небу. В опустившейся вместе с теменью тишине глохли далекие сигналы машин, рычание моторов и шорох шин. Даже голоса немногочисленных соседей, столь звонкие поутру, сейчас пропадали в вязкости воздуха. Приятное безмолвие коснулось и ветра, и птиц, это было дивное время почти сказочного умиротворения. Мотыльки, попадавшие в свет фонарей, многократно усиливали ночное волшебство. И его не растворили ни смена Стаса на Глеба, ни выход Олеси на пробежку, ни возвращение бигбосса ближе к полуночи, хотя последнее было ошеломительно.
Гладько пришел пешком, открыл калитку и как простой смертный на своих двоих прошагал к террасе.
- Ночуете дома? - не сдержала я удивления, и незамедлительно была осажена.
- Да. Только не пытайтесь меня опять обнять, - заявил, предостерегая, и направился прямиком на кухню. Сразу видно, оголодал мужик
- Да бросьте. Обнимашки для особых случаев.
– В счет хорошего поведения?