Рик поймал её за руку.
- Ты любишь Маэлина? - спросил он.
- Мне так казалось, - пожала плечами девушка, - но, судя по тому что я здесь, Элли я люблю всё-таки больше. Рик, скажи, что с нами будет, если нам откажут в убежище на границе?
- Я в любом случае найду способ вас защитить. Не бойся. Всё будет хорошо.
Он отпустил её руку и Стефа покинула комнату. А через пятнадцать минут к ней в номер пришла Элли.
- Прости меня. - Вздохнула она, садясь возле подруги на кровать. - Я и правда зарвалась. Я не хотела тебя обидеть, просто не думала о твоих чувствах к Маэлину. Вообще ни о чём не думала.
- О Сашиных чувствах, очевидно, тоже. - Сказала Стефа.
- Ну свою сатисфакцию он получил. - Усмехнулась Элли.
- Кстати, как тебе поцелуй?
- Странно… Но вкусно… Вроде бы. Я не распробовала. Надо бы повторить.
Девушки дружно рассмеялась.
Элли всю ночь мучили кошмары. Причём самый отвратительный их вид. Когда выступаешь в роли убийцы, а не жертвы. Ей снилось, что она зомби засевший в овраге возле человеческой деревни и ждущий, когда кто-нибудь от-туда выйдет, чтобы его загрызть. Все мысли и чувства ей заменил голод, а ещё предвкушение острого дикого удовольствия от поглощения крови и жизненной энергии жертвы. Девушка несколько раз просыпалась в холодном поту, а потом снова проваливалась в тот же сон только уже в виде другого зомби.
В последний раз она очнулась перед рассветом, когда небо на востоке уже стало серым, и решила больше не спать. Элли встала, умылась в лохани с водой, предварительно подогрев её заклинанием, надела своё единственное платье, завязала хвост на макушке и уселась на кровать подобрав под себя ноги. Детей будить было пока рано, а ложиться досыпать самой - страшно. Оставалось только ждать.
Элли никогда раньше не страдала от дурных предчувствий. Да и не свойственно это тёмным. Но сейчас её буквально душили необъяснимые ощущения надвигающейся беды, безысходности и отчаяния. Отвратительный липкий страх ледяными щупальцами сдавливал сердце. Такое было с ней впервые, и она не знала как с этим бороться. Элли не понимала, что с ней происходит. Она ведь не боялась зомби, когда в компании Рика расстреливала их из револьвера на погосте в поместье Миральди. Конечно летящие во все стороны ошмётки мертвой плоти, это было мерзко, но тогда ей владел азарт, а никак не страх. Сейчас же всё её существо противилось тому, чтобы идти на границу. Но выбора не было.
Наконец в дверь постучала Молли и приказала собираться. Элли молча кивнула и закрыла дверь. Подняла детей, снова подогрела воду, чтобы они умылись, помогла одеться Тони, расчесала и завязала в хвост волосы Лейлы, затолкала в сумку свои немногочисленные пожитки и спустилась вместе с детьми вниз.
Все уже были там. Суетились, выносили сумки, что-то жевали на ходу. Даже Рик, который должен был ехать в другую сторону. Молли вручила Элли и детям по бутерброду с сыром и повела всех на выход. Рик на прощание потрепал её по голове и сказал, что всё будет хорошо. После этого пришлось перевязывать хвост. А вот в то, что что-то там будет хорошо веры как-то не прибавилось.
Все были сонные и, видимо от этого, какие-то особенно хмурые и раздражённые. Лошадей на всех не хватило. Элли пришлось ехать на крупе лошади Молли. Стефа и Саша взяли к себе в сёдла Лейлу и Тони.
Рой сказал, что в обозе ехать верхом не придется и им выделят место в повозке. Так и вышло. Обоз состоял из двух крытых и трёх открытых повозок запряжённых лошадьми. Везли в основном продукты. Элли с детьми оказалась в одной из открытых повозок, в окружении мешков с разными крупами, картофелем и луком. Саша и Стефа в другой. Верхом ехала только охрана.
Выдвинулись в путь сразу после того, как солнце показалось над горизонтом. Обоз двигался медленно, неспешно. От приглушенного стука копыт по грунтовой дороге и мерного покачивания телег, а ещё больше от того, что утро было уж очень ранним, людей неудержимо клонило в сон. Кто-то зевал во весь рот, кто-то клевал носом, детей сморило практически сразу, как они оказались в повозке. Они спали, с двух сторон навалившись на Элли. Тони положил голову ей на колени, подсунув под щеку ладошку, Лейла уткнулась Элли лбом в плечо. Сама девушка пялилась осоловелыми глазами, на проплывающие мимо пасторальные пейзажи и мысленно уговаривала себя, что ей и её друзьям ничего не угрожает. Спать хотелось, но не получалось. Тревога упорно не отступала. А между тем, ничто не предвещало неприятностей. Ярко светило солнце, пели птицы, местность вокруг хорошо просматривалась. Поля были только вокруг города, но редкий хвойный лес, не изобиловал подлеском, в котором могли бы затаиться зомби. Так что реального повода для беспокойства на самом деле не было. И тем не менее, на душе у Элли будто кошки скреблись. Зато Стефа и Саша в другой повозке непринуждённо болтали и совершенно не выказывали никаких признаков беспокойства.