А ведь аномалии были и светлыми тоже. Маэлин рассказывал об одной такой, которую ему довелось увидеть, ещё до того как построили стену. Творение целителя. Внутри неё не уцелел ни один биологический объект. Погибли не только люди и животные. Даже растения засохли на корню. А по краю валялись трупы птиц и всякой мелкой лесной живности разной степени разложения. Всё, что попадало в зону той аномалии, погибало на месте. Ни одна тёмная аномалия не была настолько смертоносной. Да, безусловно, в момент возникновения любой аномалии, выброс силы уничтожал всё живое, но потом, даже самый слабый тёмный маг, мог большинство из них спокойно пройти насквозь. Достаточно было видеть зоны магической активности и не лезть в них. Реальную опасность, помимо светлых, представляли только воздушные и некроаномалии. Особенно последние. Ибо нежить.
А когда патроны для огнестрельного оружия стали подходить к концу, до людей внезапно дошло, что единственным спасением от этой нежити теперь могли стать только те самые тёмные маги, которых почти всех, к тому моменту, перебили. Как раз последние из них и зачаровали стену на защиту от нежити. А сколько народа тогда полегло на строительстве этой стены… То был период, в который человечество как никогда близко подошло к полному вымиранию. И вот теперь Лилит собиралась всё это повторить.
Как бы тоскливо Юджину ни было из-за потери любимой, но допустить такого развития событий он не имел права. Он считал себя обязанным спасти Солтурен от своей свихнувшейся матери. Она и так уже принесла слишком много горя. Уничтожила почти всех тёмных в королевстве. А теперь ещё и нацелилась на стражей границы охраняющих Солтурен от нежити. И надежда на то, что он сможет защитить от неё свою страну постепенно наполняла жизнь Юджина смыслом.
План Маэлина казался таким логичным и продуманным до мельчайших деталей, что всё просто обязано было пройти как по нотам. Подготовка переворота полностью завершилась, до дня рождения Юджина, в который ему исполнялось шестнадцать лет, и он становился совершеннолетним, оставалось меньше недели. Именно в этот день заговорщики планировали произвести смену власти. На законных основаниях между прочим.
Но, разумеется, Лилит добровольно с троном расставаться не собиралась. Она рассчитывала объявить сына недееспособным и продолжать править. По крайней мере, до тех пор, пока не уничтожит всех тёмных в королевстве. Что будет дальше её не особо интересовало. Возможно, если бы она успела это сделать до совершеннолетия Юджина, то сама передала бы ему власть.
Но заговорщики со всем старанием и усердием занимались саботажем, а поскольку людьми они были высокопоставленными и довольно влиятельными, весьма успешно тормозили процесс подготовки к войне. Задачу: не допустить её начала до совершеннолетия принца, они почти выполнили. Но это уже не имело значения. Их раскрыли. И, конечно, случилось это не внезапно. В ряды оппозиции в Редклифе уже давно внедрились королевские шпионы. Они успели вычислить всех, кто был замешан в заговоре и лишь ждали команды от Лилит, чтобы арестовать их.
Юджин остался на свободе только по одной причине. Маэлин убедил всех заговорщиков в том, что планирует использовать принца в тёмную. Никто кроме него не знал, что Юджин тоже участвует в заговоре. А сам Маэлин утверждал обратное даже под пытками.
И сейчас Юджин собирался одним махом перечеркнуть все его усилия по сохранению этой тайны. Но другого выхода он не видел. Огромная армия, входящая в портал, ведущий в пограничье, открытый двенадцатью архимагами, которую принц видел собственными глазами, ни в коем случае не должна была прийти к месту своего назначения неожиданно для стражей границы. Насколько знал Юджин, на стене служило всего лишь около двух сотен магов, и против армии его матери у них не было никаких шансов. Он должен был их предупредить. Иначе их всех ждала гибель. Главная проблема заключалась в том, что он не был знаком ни с одним из тех магов. Зато точно знал, что такие знакомые есть у Маэлина.
Знак для вызова Юджин начертил на зеркале заранее, чтобы не тратить на это время, которого и так практически не было. Зеркало взял маленькое, так как его можно было незаметно пронести в камеру. В подземные казематы Юджина пропустили беспрепятственно. Ведь принц не был уличён в сговоре с государственными преступниками. Напротив, заговорщики дружно утверждали, что он совершенно ни при чём. И не был посвящён в их планы.