Похлопал его по спине:
— Спасибо, прикрыл. Мне кабздец как важна ваша помощь. Я один, кроме вас у меня родных нет. — Беглый взгляд на прячущуюся за спинами всех Илону. — А кто есть — пока не справится с ношей. Хотя у вас и своих дел хватает, в своём замке.
— Брось, Рикардо. У меня маленькое баронство — справлюсь, — отстранился тот. — Можешь всегда на нас рассчитывать.
Странно, не думал, что смогу помириться с зятем. И не думал, что именно в такой момент, когда мне вообще на него плевать хотелось. Ну да ладно, зачтём это за приятный бонус от высших сил за выполненный квест.
— Вермунд, наставник! — Теперь я попал в медвежьи объятья лучшего друга отца и чуть не был раздавлен. — Полегче! Дух выбьешь!
— Ричи! Как ты нужен! Без тебя вообще ничего не клеится!
— Не скромничай. Вы молодцы. ВСЕ молодцы. — Это для внимательно слушающей нас толпы.
— Я только вчера вечером в замок приехал. Думал к тебе ехать, но узнал, что ты сам двинул домой. Потом поговорим — всё расскажу, — прошептал мой консул.
— Отлично. — Хлопнул его по плечу и принялся к следующим.
— Падре? — Опа, кто также выехал из замка меня встречать — не ждал!
— Сын мой. — Отец Антонио перекрестил меня, а я склонился в поклоне, принимая благословение. — Рикардо, я молился за тебя. Я не одобряю многое из твоих поступков, но вижу в тебе свет. Как только закончишь с делами мирскими — навести, нельзя тянуть с делами духовными.
— Конечно, падре. — Надо реально вечерком заскочить. Бог помогал мне в походе, с такими вещами не шутят. Что, думаете я не такой суеверный, как местные? Хренушки, мы в своём мире ничуть не лучше. И что, что живём в век науки и просвещения? Всё равно молимся при первой же тряске в самолёте. Причём кому угодно молимся, лишь бы спас.
— Ричи… — Вперёд пробилась вёрткая Марина. Сделала книксен. Я не стал выпендриваться… Хотя нет, наоборот, выпендрился, и сгробастал её в объятия, как до этого Астрид. Некрасиво, она замужем, и мне не сестра, но я был на волне. Правда, чтобы загладить, тут же произнёс для всех:
— Это друг моего детства. Марин, расскажешь о делах после. — Это как бы ей — её тоже только сейчас накрыло, аж покраснела от смущения.
— Да, ваше сиятельство. — Снова присела, глазки в землю.
А вот и Адольфо, её супруг. Посмотрел косо, но смолчал. Всё понял — я не претендую на его жену, и на сеновал не зову, просто эмоции. За ним Эстебан — мой минюст. Далее Ансельмо — этого перца обнял так уж обнял. Судя по кругам под глазами, он как паровоз везёт на себе непомерный груз, тянет графство в моё отсутствие. Рохелео — его помощник, уже здесь, курилка. Клавдий! А чего скромно так, в сторонке стоишь? Ах да, хитрый мент старается не привлекать лишнего внимания, ибо он один из самых важных здесь людей — чтоб никто не догадался. Далее отдельно от всех встали мастера — Тихон, Дорофей и Соломон. Далее…
В общем, все, кто был важен мне и близок — все здесь, все выехали навстречу… Почти все.
— Она скоро будет. Она уехала в дальнюю деревню. — Этими словами меня встретила Илона, стоявшая последней. Стояла неуверенно, глазки в пол. Я раскрыл объятья, она в них кинулась. Видимо тоже хотела расплакаться, но сдержалась. Но носом шмыгнула.
— Потом всё расскажешь, — прошептал я на ухо.
— Рикардо, я тебе очень благодарна. За всё. Но может ты отправишь меня куда-нибудь подальше?
Захотелось выругаться — это я и подозревал.
— Потом! — зло отрезал я.
— Она теперь лечит только тех, кто очень тяжёл, — комментировала Астрид. — Ей просто некогда — в основном занята производством. — Мы ехали бок о бок, конь в конь, она справа от меня. Остальные чуть приотстали, даже родственничек. Слева же ехала Илона — эдакое семейное трио. Старшая сестрёнка молчала, глазки в землю, и не отстала только потому, что я приказал держаться рядом. — Твоя «подруга детства», — с ёрничанием продолжила Рыдик, — тоже развернулась — так развернулась. Но если эта дрянь, — абстрактный кивок назад, — что-то мудрит непотребное, то Анабель я полностью довольна. Лекарств в кладовой уже более пятисот коробочек, и уже все вокруг убедились в их чудодейственных свойствах. У Анабель них отдельный большой сарай у реки, охраняемый отдельным десятком Эстебана. Там стоит уже пять чанов разного размера. Воняет жуть, но раз это зелье, лекарство…
— Её лекарство уже меня спасло, — заметил я. — Под Каменной Переправой я чуть не умер.
Астрид выдала себя только чуть сдвинувшимися бровями. В остальном осталась каменно спокойной, хотя её капец колотило — я её с детства знаю, понимаю, когда с нею что. Повернула голову: