Сам бар представлял собой нечто между полным отстоем и середнячком. Я явно переоценила стоявших в очереди девушек, поскольку в темноте толком ничего не разглядела. Однако сейчас увидела, как на небольшом танцполе жмутся друг к другу в большинстве своём туристки в дешёвых туфлях и платьях, нацеленные лишь на быстрое привлечение внимания.
Я подняла голову, чтобы оценить их потенциальных клиентов. Второй этаж клуба возвышался над танцполом. Мужчины стояли по всему периметру, сложив руки на перила и выбирая счастливицу, которая разделит с ними хороший алкоголь, но вряд ли качественный секс. Ведь именно ради этого они все здесь и собрались.
Габриэль и Алекс, идущие впереди и сверкающие белизной своей кожи и крепкими, высокими телами, притягивали внимание. Они о чём-то говорили, не глядя по сторонам, но стороны явно к ним присматривались, совершая те же действия, которые совершила бы я, желая привлечь внимание: громко смеялись, кокетливо улыбались и играли трубочками. Трюк с трубочкой лично я считала самым действенным.
Мы сели за единственный свободный столик на первом этаже прямо перед барной стойкой.
– Значит, твой знакомый может помочь нам достать личные вещи Аманды из лечебницы? – спросил Габриэль, закуривая.
– Да. Я и сам как-то просил его, но для меня цена услуг слишком высока.
– Деньги не проблема.
– Тогда я пойду поищу его. Он всегда здесь по субботам.
Когда Аарон ушёл, а нам принесли напитки, Алекс поинтересовался:
– Ты уверен, что это хорошая идея? Красть её вещи – статья. Мы в другой стране. Если нас загребут в местную тюрьму, за тобой, может, и приедет английский посол, а вот о моей плебейской заднице вряд ли позаботятся так быстро.
– Красть будет знакомый Аарона. Мы просто заплатим.
– Откуда нам знать, что ему можно доверять?
– Я попрошу английского посла забрать и тебя. По старой колониальной дружбе.
Подняв взгляд, Габриэль подловил меня на попытке залпом осушить целый коктейль. Свист и какое-то чудное песнопение в голове только усиливались. Отвлекаясь на мелкие детали обстановки и планируя напиться, я старалась не прислушиваться, чтобы случайно не разобрать какие-нибудь слова.
– Очень смешно, – обиженно фыркнул Робинс.
– По-твоему у нас есть выбор, профессор? – Губы Эттвуда дрогнули в напряжённой усмешке.
– Аника? – Дориан коснулся моего плеча, словно чувствовал больше, чем остальные.
Я хотела в очередной раз попросить отвалить от меня, но не услышала саму себя. Снова попробовала заговорить, но ничего не вышло. Лишь тогда я посмотрела на Дориана и чуть не свалилась со стула.
– АНИКА! – Его рот вдруг резко расширился до самых ушей, а ряд мелких зубов, между которыми виднелись щели, стал удлиняться и заостряться.
Габриэль по-прежнему смотрел на меня и что-то спрашивал, не замечая, как пасть Дориана наполняется кровью. Никто не замечал. Люди продолжали пить, танцевать, а я просто застыла.
От резкой боли в голове, как будто что-то лопнуло внутри черепной коробки, из горла вырвался сдавленный крик, и через свист и гул ветра послышались первые слова:
– Они врут. Они врут, – кричало нечто внутри меня. Оно словно было отдельно живущей глубоко внутри личностью.
С заострённых зубов Дориана закапала кровь, он вытер рот рукой и продемонстрировал, что сжимает в ладони. Я не разглядела, какую конкретно часть человеческого тела он держит, словно в замедленной съёмке пытаясь отодвинуться.
– А-н-и-к-а, – захохотал парень, – какое смешное имя…
– Эй, Ришар?
– Что? – закричала я, резко обернувшись с выставленным перед собой кулаком.
– Ай! – пискнул Робинс, схватившись за челюсть, в которую только что схлопотал от меня. – Что с тобой?
Я посмотрела на Дориана, но тот выглядел как обычно. Разве что слегка обеспокоенным.
– Всё хорошо?
– Почему все только и делают, что спрашивают, всё ли со мной хорошо?
Я резко встала. Шея и щёки буквально пылали, и я прекрасно представляла, как сильно покраснела.
– Куда ты собралась? – спросила Вивиан.
– Танцевать, – проворчала я и нырнула в толпу, надеясь расстаться с образом Дориана в голове.
Однако это не сработало. План получился откровенно дерьмовым. От запаха пота и алкоголя начало слегка подташнивать. Утягиваемая быстро двигающимися телами в самый центр, я растерянно замотала головой.
Люди прыгали, кричали, жались друг к другу. Кто-то схватил меня за бёдра. Когда я обернулась, чтобы возмутиться, к рукам сзади добавились пальцы спереди. Словно из-под земли передо мной вырос огромный потный мужик с лысой головой и расстёгнутой на груди рубашкой.