Мы стояли друг напротив друга, разделённые двухполосной дорогой. Проносящиеся мимо машины даже не притормаживали. Они совсем не обращали внимания на двух молодых людей. Их не волновало, что на лице мужчины застыла гримаса ужаса и отчаяния, а женщина полна решимости прыгнуть с моста. У её ног сидела собачка, покорно ожидая решение хозяйки.
– Умоляю тебя, не делай этого.
Это был он. Габриэль. В другой одежде и с другой причёской, но это был он.
– Не могу, – прошептала я, сидя на ограждении, готовая вот-вот упасть вниз. – Ты знаешь.
Габриэль попытался сделать шаг в мою сторону, но я качнулась назад, предупреждая, что не следует так делать, и он замер с вытянутыми вперёд руками.
– Умоляю, – едва слышно прошептал он, но я выхватила его слова из потока громких звуков и с глубочайшей скорбью приложила к самому сердцу. – Сатет. Я просто хочу видеть Сатет.
Степень его отчаяния поразила меня до глубины души, ведь эта встреча была далеко не первой. Я плохо помнила предыдущие жизни, но почему-то не сомневалась, что до этого момента Габриэлем двигали ярость и ненависть. Впервые в его глазах задрожали слёзы.
– Я устал, – умолял он, стоя с поднятыми вверх руками и показывая, что сдаётся. – Пожалуйста, не заставляй меня провести ещё сотню лет в этой лжи и гонке. Ты не представляешь, насколько это паршиво.
Он был прав. Я не представляла. Каждый раз я умирала и воскресала в разных людях. Попадала в разные жизни, не помня ни тревог, ни боли. С каждой новой жизнью я всё больше и больше забывала о том, кем являюсь и от чего бегу.
В этой жизни я стала прекрасной, сильной и умной девушкой по имени Аманда. Кто знает, вдруг моя следующая жизнь наконец-то подарит долгожданный покой?
Это походило на странный аттракцион. Я проваливалась в видения, перенимала чужую личность, вспоминала, а потом возвращалась обратно в реальность, отделяясь от полученного опыта. Я просто не могла его впитать, принять, слиться с ним.
– Кто… – Собралась спросить, кто он такой, но вместо этого сипло прошептала: – Кто я?
Стоило последнему звуку слететь с моих губ, всё изменилось: направление ветра, его дыхание и взгляд.
– В чём дело? Габриэль, нужно поднять её. Сеть не ловит. Придётся донести до машины.
Но мы почти не слышали Алекса. Не реагировали на его попытки достучаться до нас. Не вставали. Я просто лежала на руках Габриэля и смотрела в его глаза, словно читала книгу. В них я видела столько боли, ненависти и скорби, что в местах, где соприкасались наши тела, пробежала дрожь.
Десятки, а может, и сотни теней, едва напоминавших людей, которыми они когда-то были, теперь стали частью пустыни, её безмолвным дополнением. Все они стояли здесь, служа напоминанием о том, что я натворила, о том, что я разрушила.
Я видела лица, видела судьбы, слышала смех людей и чувствовала запахи их парфюма. Я вспоминала слёзы, боль, любовь, страсть и секс, но по-прежнему не могла понять, кто я такая. Как меня зовут? Почему я должна умереть? Я не хотела умирать, но…
Что-то внутри меня оказалось сильнее человеческих желаний. Оно словно рвало меня изнутри. Убивало. Из глаз брызнула горячая жидкость, по густоте отличаясь от слёз. Я попыталась поднести к щеке дрожащую руку, но та даже не шевельнулась, повиснув плетью.
– Что с ней? Эттвуд, что за фигня?
Снова мелодия. Её песня: песня пустыни. Она зазвучала в ушах как колыбельная, и я немного расслабилась, хоть и продолжала испытывать невыносимую боль.
– Что ты делаешь? Что ты, чёрт возьми, делаешь? – взревел Габриэль.
– Что ты несёшь? Почему из её глаз идёт кровь? – запаниковал Алекс, силясь дотронуться до меня, но что-то случилось, и он не смог осуществить свой план, громко вскрикнув.
Я ничего не понимала и почти ничего не видела. Нечто сильнее всех моих чувств и желаний убивало меня изнутри. Я умирала. Но почему? Почему умерла Аманда? Какой страшный секрет мы хранили ценой своих жизней?
Ночь стояла ясная. Красивая. Полная луна подсвечивала тёмную пустыню, но я понятия не имела, как здесь оказалась и как Эттвуд и Робинс отыскали меня. Может, я ушла не так далеко, как мне казалось, хотя как мне могло казаться, если я даже не помнила, почему и зачем ушла?
– Я умираю? – на последнем издыхании пробормотала я. – Габриэль… что…
Не дав договорить, он резко оттолкнул меня в сторону. Я снова упала на песок, но на этот раз голова оказалась повёрнута в сторону: мёртвые по-прежнему стояли вокруг нас, словно чего-то дожидаясь, а Алекс…