Вот и я, чтобы выжить, была готова на всё. Теперь в этом не осталось никаких сомнений. Ничто, даже страх потерять себя как личность, не мог помешать моему телу предпринимать попытки спастись. Оно хотело дышать, питаться. И ему было наплевать, что для этого я должна пожертвовать рассудком, честью и репутацией.
Такси по самому дешёвому тарифу выплюнуло меня на перекрёстке прямо посреди проезжей части. Туда, куда вёл навигатор, было не подъехать. На своих двоих, с посеревшим от волнения и ужаса лицом, я то и дело спотыкалась на высоких каблуках, шаркая по грязной подворотне.
Я поняла, что пришла, когда завернула за очередной тёмный угол и увидела дорогую машину. Здесь, посреди разбитого двора, она выглядела нарисованной или, на худой конец, угнанной. Неуверенность в своем поступке нарастала с каждой секундой, но фантомная боль в грудной клетке быстро прекратила все сомнения. У меня просто не имелось другого выбора.
Так и не выровняв дыхание, с быстро бьющимся от волнения сердцем, я спустилась по металлической лестнице и постучала в железную дверь.
– Кто? – тут же отозвался низкий мужской голос по другую сторону. Между дверью и проёмом образовалась небольшая щёлочка. Характерных для ночного клуба звуков я не слышала, и это заставило напрячься.
Когда я позвонила Эттвуду, трубку взял Дориан. Растерявшись, я не смогла толком ничего сказать. Тогда он предложил мне приехать в клуб. Однако на клуб место, в которое я попала, не слишком-то походило. В криминальных сводках подвалы с такими задвижками называли притонами.
Я отошла в сторону и снова позвонила, но ни Дориан, ни Эттвуд не взяли трубку ни в первый, ни в пятый раз. Мне стоило вызвать такси и уехать домой, но…
– Ришар, Аника Ришар, – как можно увереннее произнесла я. – Мне к monsieur Эттвуду.
– У вас есть приглашение? – поинтересовался голос из-за двери.
– Нет. – Я тяжело сглотнула. – Monsieur Эттвуд…
– Приглашение.
– Нет у меня никакого приглашения. Позовите Эттвуда или Дориана.
Ответа не последовало, а задвижка захлопнулась. Это был второй знак, что мне правильнее всего уйти, но и им я не воспользовалась.
Дворы предместий Парижа представляли собой не самое лучшее место для ночной прогулки юной леди. Из-за угла дома, в подвал которого я так рьяно ломилась, раздавались пьяные голоса. Когда они приближались, словно вот-вот выйдут и прибьют меня, я вжималась в стену и молилась всем богам, чтобы меня не заметили.
В один из таких моментов, спустя пятнадцать минут ожидания на холоде, я не услышала, как щёлкнул замок. Створка резко открылась, и я провалилась внутрь. Прежде чем удалось сориентироваться в ситуации, дверь закрылась, и я оказалась в кромешной темноте.
Человек, который успел подхватить меня сзади и предотвратить падение, обжёг мой затылок горячим дыханием и, почти коснувшись губами уха, прошептал:
– Привет, солнышко.
Тут же придя в себя, я забарахталась. Дориан не стал удерживать меня и, проявляя невиданную вежливость, отстранился.
Пол под ногами вибрировал. Это оставалось единственным, что я чувствовала, стоя в темноте и полной тишине. Уже потом, когда мозг перестал цепенеть от ужаса, я услышала, как Дориан перекинулся парой слов с охранником и снова обратился ко мне:
– Пойдём.
– Куда? Я ничего не вижу.
Ничего не видела не я одна. Кто-то грохнулся прямо у моих ног и пьяно замычал. Я прищурилась, но в темноте не смогла различить, кто это: мужчина или женщина. Во время слабых коротких вспышек света я поняла, что Дориан просто обошёл упавшего и начал спускаться по лестнице. Источник света, как и источник вибраций, располагались где-то внизу.
Мне не хотелось здесь находиться, и в то же время мне… просто некуда было пойти. Никто в этом грёбаном мире не мог мне помочь. Кроме него. Кроме Габриэля, мать вашу, Эттвуда.
Железная лестница закручивалась к низу. Кое-как, сжимая в липких ладонях перила, я принялась спускаться, с каждой ступенькой всё отчётливее слыша музыку. В ту сторону, откуда она доносилась, и направился Дориан.
Когда кто-то выходил из дверей, к которым мы приближались, в коридор вырывался луч красного света. В эти мгновения я встречалась взглядами с теми, кто жался к стенам, чтобы мы могли пройти дальше. Они расступались перед Дорианом так, словно это их король, однако он им не был. Я уже знала, что у здешнего правителя другое имя и более хмурая физиономия.
– Прошу, – позвал Дориан, толкая вперёд огромную железную дверь.
– Где Габриэль? Он здесь?
– Здесь, но пока он занят, я отвечаю за тебя.
– Он нужен мне. Срочно.
– Он нужен всем, солнышко. Тебе придётся подождать, – ответил парень и первым шагнул в омут порока. Когда дверь стала закрываться, а силуэт Дориана растворился в дыму и красных светодиодах, я вдохнула поглубже и нерешительно юркнула следом за ним.