– Вы это серьезно? – Петр был поражен услышанным.
– Стал бы я шутить такими вещами, – недовольно хмыкнул офицер. – Наши соседские кумушки мне тогда всю плешь проели своими сплетнями. Еле удалось всё это заглушить. Удивляюсь, что до Елены ничего подобного так и не дошло и она живет нормальной жизнью. Относительно нормальной, – офицер перевел дух. – Понимаю Ваше тщеславие, Петр Сергеевич, но девушку – то пожалейте. Не расстраивайтесь, добудете себе пару орденов в другом месте.
Офицер открыл дверь, с улыбкой предлагая Петру покинуть кабинет. Стало ясно, что на этом поездка закончилась, и можно смело ехать на вокзал, здесь ему точно больше никто никакого содействия не окажет.
Было очень жаль Елену, ведь она так и не узнает правду. Конечно, можно позвонить ей и всё рассказать, и тогда она будет знать, что ее отец – не самоубийца, и ей станет легче.
Но тогда придется рассказать и то, что он, Петр, не смог ничего сделать для того, чтобы это стало достоянием общественности. Значит, придется признать свою трусость? Ну уж нет, отогнал Петр эту мысль. Он ведь ничего ей не обещал. Дело, по которому приехал, он раскрыл. Вернее, получил ответы на свои вопросы, а больше ему было и не надо. Значит, он добился того, зачем ехал. К тому же, если слова офицера об отце Елены были правдой, то это известие могло разрушить и ее привычный уклад, и многолетнее хорошее отношение к отцу. Поэтому точно не стоило придавать огласке сей нелицеприятный факт. Эта мысль была настоящим подарком, ведь, если исходить из нее, то Петр был настоящим героем и защищал честь девушки и память о ее отце.
Да, Петр решил, что поверит в эту версию событий. Спрячется от правды, которую не хотел принимать. Правды о том, что он – просто трус. Той правды, о существовании которой он всегда знал, но не был готов в ней себе признаться.
Гудок приближающегося поезда прервал эти невеселые размышления и вернул его к реальности. Надо возвращаться и искать новую версию случившегося с Алисой. Так, что там у нас еще было, если не антиквариат и не картина? Надо поискать личное…
– Добрый день, я хотел бы увидеться с Кирой Солнцевой.
– К сожалению, это невозможно.
– Вы не поняли. Я не посетитель. Я подбираю лечение для Киры, и мне необходимо…
– Говорю же Вам, это невозможно.
– Да, конечно, я знаю процедуру, но я сам врач, меня зовут…
– Я знаю Вас, доктор, но с Кирой Андреевной невозможно увидеться. Она покончила с собой.
– Что? Когда?
– После того, как ей отказали в выписке. Она сказала дежурной медсестре, что не останется здесь. Все подумали, что она хочет сбежать, и ее заперли в палате. Там она и повесилась. Мне жаль, доктор. Хотите взять ее вещи?
– Вещи? А что там?
– Какие-то записи и пара фотографий. Нам они не нужны, а родных у нее нет. Возьмёте?
17
Сразу с вокзала Петр отправился в участок. Там царила суматоха, на входе его задержал дежурный с объявлением о том, что только что поступил вызов из «Хистори Альенте». Их начальницу, Тамару Брасс, нашли убитой тем же утром. Петр, не мешкая, отправился на вызов. В дверях он столкнулся с Глебом:
– Ты уже знаешь? – машинально бросил Петр, не сбавляя темпа.
– Что знаю, Петр Сергеевич? – парень старался не отставать, но на лице читалось удивление.
– А я думал, ты пришел за этим. Из-за убийства.
– Да, конечно, но я хотел узнать, нет ли новостей, – Глеб выглядел искренне удивленным.
– Новостей? – Петр резко остановился. – А убийство Тамары Брасс для тебя не новость?
– Тамары Брасс? – Глеб, казалось, на время лишился дара речи, голос звучал очень слабо.
– Так значит не всё ты знаешь, – Петр снова набрал скорость и направился к служебной машине. – Вернусь, тогда и поговорим, сейчас некогда.
Глеб так и остался стоять на улице у входа в участок с растерянным видом. Он действительно был удивлен услышанным. Такого развития событий, как убийство Тамары Брасс, он не ожидал.
Петр уже подходил к машине, когда кто-то резко одернул его за рукав. Это был Глеб:
– На самом деле, товарищ майор, – Глеб смотрел на Петра, немного смущаясь, – я подумал, что если поеду с Вами в это место, ну куда пропуск, может быть, что-то там увижу, что сможет помочь делу.