– Это вообще – то не по правилам, ты – гражданский, – смутился Петр. Подобной просьбы в их сотрудничестве еще не было.
– Но я вроде журналист, – улыбнулся Глеб, – обещаю ничего не трогать. Но, конечно, если Вы не хотите моей помощи, то ничего, я пойму. Я приду, если что-то вспомню или увижу.
Глеб резко развернулся в противоположную сторону. Петр тут же окликнул его:
– Нет, ничего, правда, поедем вместе, это ничего. Садись в машину.
Глеб кивнул и молча забрался в служебное авто, больше напоминавшее большую коробку. Петр злился на себя за то, что не может отказать этому парню, но, с другой стороны, свежий взгляд не помешает, правда? Успокоив сам себя, он дал команду водителю трогаться с места, и вместе они поехали в офис «Хистори Альенте».
На сей раз болтушки – секретарши не было видно, их встретил Константин Сомов. Тот самый, которого считали преемником Алисы, пояснил Петр Глебу, и начал разговор:
– Добрый день, Константин. Рассказывайте, что здесь произошло.
– Так я не знаю, – парень был явно подавлен и шокирован. – Мы пришли на работу утром, как обычно.
– Мы – это кто? – прервал его Петр.
– Это я и Лиза, она наш секретарь, Вы с ней говорили в прошлый раз. Ну вот, мы пришли, я сразу в кабинет, а там госпожа Брасс. Я сразу вызвал полицию, ничего не трогал. Лиза тоже. Она сразу в обморок упала, как увидела, только в себя пришла, на воздух вышла.
– Понятно, – Петр сделал пометку в своем блокноте. – Не уходите никуда, я осмотрю место, и нам надо будет еще поговорить об обстоятельствах.
– Конечно, я понимаю, – парень тихо отошел в сторону и присел на стул.
Петр с Глебом направились в кабинет, где лежало тело Тамары Брасс. Судмедэксперт уже закончил предварительный осмотр и был готов дать первую оценку случившемуся:
– Отравление, Петр Сергеевич, след от шприца. Всё, как с той девушкой, Алисой.
– Вы в этом уверены? – казалось, Петра радовала эта новость.
– Да, вернее сказать, картина преступления идентична, подробнее скажу после вскрытия, но по всему видно, что это аналогичные случаи.
– Значит, и преступник один и тот же, – констатировал Петр.
– Вероятнее всего, что да, – подтвердил эксперт.
– Отлично, – радостно воскликнул полицейский.
– И чем это хорошо? – услышал он за спиной голос Глеба.
– Извини, не понял? – Петр удивленно обернулся.
– Я имею ввиду, чем хорошо, что убийца нанес еще один удар? – Глеб выглядел растерянным, такого выражения на его лице Петр еще никогда не видел.
– Да тем, – радостно парировал Петр, – что теперь у нас есть версия, и она хорошая, настоящая, понимаешь?
– Не совсем вообще-то, – Глеб продолжал вопросительно смотреть.
– Это точно из-за антиквариата. Вернее, из-за их мошенничества с оценкой. Раньше это не имело смысла, убийство Алисы, я про него. Наоборот, оно было абсолютно лишним. Но теперь всё изменилось. Они обе занимались махинациями, и теперь их обеих убили. Отлично.
– Знаете, Петр Сергеевич, Ваша реакция, мягко говоря, ненормальна, – осторожно сказал Глеб.
– Что? – Петр не сдержался и повысил голос. – Ненормальна? Да ты просто завидуешь, что это я нашел причину всего этого, а ты со своими снами ни на шаг не приблизился. – Сказав это, Петр сразу же пожалел о своих словах. Он был обязан Глебу, он это понимал. Может быть, не в этот раз, но раньше. И он не имел права так несдержанно себя вести.
– Извини, – тихо проговорил Петр, – я перегнул палку.
– Ничего, Петр Сергеевич, я понимаю, – Глеб похлопал его по плечу. Как нерадивого подростка, который облажался, и старшие ведут себя снисходительно, зло подумал Петр в ответ на этот жест, но промолчал. Он действительно чувствовал себя виновато.
– Надо найти списки клиентов, которых обманули эти две особы, – уже не так решительно произнес Петр.
– Да, конечно, Вы этим и займитесь, – разрешающим тоном ответил Глеб. – А я можно пока осмотрюсь здесь?
– Разумеется, смотри что хочешь. Может быть, найдешь что-то необычное, – Петр пытался извиниться, давая Глебу свободу действий. Но, как и всегда, этого не требовалось. Потому что Глеб всё понимал без слов.
– Не трудитесь, Петр Сергеевич, – с улыбкой произнес он, – слово – не воробей.
Это было верно. Верно и обидно. Очень обидно. Но поделать уже было ничего нельзя, и Петр принялся осматривать кабинет Тамары Брасс.