– Какая корысть, Дим? – Андрей не на шутку удивился такому повороту мысли друга. – Ты не понял, она спасала ребенка…
– Это ты не понял, дружище, – мягко, но резко прервал его капитан. – Ты сам сказал, что убитая хотела ради собственной счастливой жизни отдать девочку в детдом, так? Ну вот скажи, что мешало сестре взять над ней опеку в таком случае? Верно, ничего. Она довольно обеспеченная женщина, со своим жильем, к тому же родственница, она вполне могла оформить опекунство быстро и без лишнего шума. Но нет. Она убила сестру, чтобы девочка стала наследницей. И ты говоришь, что это не корысть?
– Ну допустим, но ты забываешь про мужа. Ведь в таком случае он мог бы оставить ребенка себе, и тогда она бы не смогла никак…
– Перестань, ты сам в это не веришь, – оборвал его друг, – ты же читал дело, он выпивал и не было ему никакой надобности в девчонке. Так что сестра в суде на его фоне выглядела бы намного лучшим кандидатом в опекуны.
– Вот черт, – невольно выругался Андрей. Он понимал, как глупо выглядели его попытки защитить эту женщину и ясно понимал правоту слов полицейского. – Но так и что делать?
– Поговорим с ней, – спокойно ответил капитан. – А там видно будет. Если она всё правильно поймет, то вполне можно будет рассчитывать на маленький срок. Возможно, даже получится пришить к делу тот самый аффект. Судьи, они же тоже люди, верно? Ты вот поверил в ее бескорыстность, может и суд удастся убедить. Но это будет зависеть от нее и только от нее. Ну а теперь, если ты не против, я немного поработаю, хорошо? – парень широко улыбнулся, стараясь тем самым подбодрить друга.
– Да, конечно, извини, я пойду, – засобирался Андрей. – У тебя есть подвижки?
– Не особенно, – улыбка Дмитрия моментально стерлась с лица. – Я пытался понять, почему такие разные места и способы, но ничего не получается. Есть гипотеза, но она скорее похожа на соломинку, так что и говорить о ней особо не стоит.
Андрей понял, что лучшим сейчас с его стороны было оставить друга в его мыслях. Дело явно не шло, а лишние расспросы только раздражали капитана и мешали думать. Парень протянул другу руку, тот радостно приобнял его в ответ, и вернулся к своим делам.
Андрей посмотрел на часы. Было уже почти шесть, пора было возвращаться в особняк. Тем более, что ему было, что рассказать профессору. Ведь именно он так блестяще вычислил убийцу. Не без огрехов, ведь мотивы оказались совершенно иными, но это лишь придавало новые штрихи к портрету его героя, а, значит, имело самый что ни на есть настоящий смысл.
Дмитрий услышал, как за его другом захлопнулась дверь, и снова подошел к окну. Как бы ни было сложно, но нужно было вернуться к расследованию. Время шло, жертв было уже три, а он никак не приближался к разгадке. Как он ни пытался понять, почему так сильно отличались способы убийств, он не мог найти этому хоть какое-то мало-мальски разумное объяснение. И тем самым ни на шаг не приблизился к личности преступника.
Про контакты третьей погибшей всё было ясно заранее, как только эксперт сказал, что семья была крайне неблагополучной. Дмитрий подсознательно это сразу же понял, но оставалась надежда, что Игорь облегчит всем задачу, и сам во всём признается. Однако сейчас, когда ничего подобного не произошло даже близко, Дмитрий просто перебирал стопку дел, в которых не было ни одной физической улики, и думал, в каком направлении двигаться дальше. Те задания, которые он раздал своей рабочей группе, по мнению Дмитрия, были скорее формальными действиями, которые непременно следовало выполнить при расследовании дел подобного рода. Но сам он подсознательно уже не верил в то, что с их помощью получится найти какую-то связь. Он уже простился с мыслью о виновности Костромина и все свои силы бросил на то, чтобы понять, где он мог ошибиться и что он пропустил.
Единственным исключением, которое выбивалось из логики вообще всего, что происходило, был браслет. Он явно не вписывался в общую картину. Во всех предыдущих случаях ничего подобного не было и в помине.
Очевидно, что это имело какое-то значение, думал Дмитрий. Ну зачем ей было носить этот браслет? Он был явно мал ей, он наносил вред, у неё остались травмы, но при этом она продолжала его носить?
Это было очень странно. Нет, ну конечно девушки могут пойти на многое ради подарка от того, в ком заинтересованы, но наносить себе физический вред добровольно – на это вряд ли пошла бы здравомыслящая девушка.
Получалось, и эти мысли начинали потихоньку оседать в голове у Дмитрия все глубже, что этот браслет ей кто-то подарил, но у неё не было возможности снять его. Либо не успела. Подарил, либо надел силой, это уже было не так важно. Важно было только то, что это могло означать лишь одну вещь. Браслет подарил тот, кто держал её взаперти перед тем, как убить. И если бы Дмитрий смог найти владельца браслета, то наверняка смог бы приблизиться к разгадке всей этой зловещей серии преступлений.